ОТЧЕТЪ О СОРОКЪ ДЕВЯТОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
598 
пятно, что послѣдній имѣлъ въ виду преимущественно раскольниковъ; но 
преимущество его, какъ проповѣдника, кажущееся. Полагаютъ, что самыя 
выписки его изъ разныхъ писателей (отчасти см. выше) имѣютъ источникъ 
въ какой нибудь «латинской конкордаціи, гдѣ собраны были всѣ параллель- 
ныя изученія и толкованія». Быть можетъ нѣкоторыя изъ его поученій 
даже не имъ составлены, а написаны подъ его руководствомъ и редакціей. 
Пріемы его прежніе — схоластическіе, благодаря которымъ любили зани- 
мать слушателей анекдотами изъ гражданской и церковной исторіи, апо- 
крифовъ и средневѣковыхъ бестіаріевъ. Сравнивая его съ Стефаномъ 
Яворскимъ, Ѳеофаномъ Прокоповичемъ, Димитріемъ Ростовскимъ, отмѣ- 
чаютъ, что у него нѣтъ указаній ни на одно политическое событіе, ни на 
одну правительственную реформу. Заявивъ протестъ противъ одного изъ 
важныхъ правительственныхъ распоряженій (отобранія церк. имуществъ), 
онъ по всѣмъ другимъ общественнымъ явленіямъ вѣка остался совершенно 
безучастнымъ. Вѣроученіе его вращается въ сферѣ отеческихъ толкованій 
и сухой схоластической отвлеченности. Въ отношеніи же своей полемики 
съ расколомъ онъ не можетъ идти въ сравненіе съ Димитріемъ Ростов- 
скимъ 1 ). 
Другой авторъ, близко стоящій къ церковнымъ вопросамъ, подробно 
разсматриваетъ «Дополненіе» Арсенія къ обличенію Ѳеофилакта Лопатин- 
скаго и находитъ, что оно гораздо ниже, по своимъ качествамъ этого по- 
слѣдняго. По объему оно опять обширно, а по содержанію — бѣдно и 
блѣдно, хуже въ сравненіи съ «Обличеніемъ», которое Арсеній думалъ 
пополнить. . . Вмѣсто доказательствъ и соображеній, которыя опровергали 
бы раскольническія заблужденія, авторъ «Дополненія» ограничивается на- 
смѣшливыми сравненіями, оскорбительными эпитетами и уподобленіями 
раскольниковъ 2 ). Въ полемическомъ увлеченіи онъ приписываетъ против- 
никамъ (выговцамъ), мысли, какихъ у нихъ не было и не могло быть. 
Авторъ «разбора» склоненъ назвать описаніе жизни выговцевъ у Арсенія 
прямо памфлетомъ. И вмѣсто внесенія въ борьбу съ расколомъ духа мира 
и любви, онъ бралъ на себя смѣлость подстрекать гражданскую власть къ 
принятію и поддержкѣ враждебныхъ и карательныхъ мѣръ противъ за- 
блуждающихся и безъ того возбужденныхъ единовѣрцевъ, тѣмъ болѣе, 
1) См. Арсеній Марѣевичъ, какъ проповѣдникъ, Н. К-ва (Яросл. Еп. Вѣд. 1864, осо- 
бенно № 52, стр. 500—510). Ему не хватаетъ даже юмора послѣдняго. 
2) «Отличительный пріемъ его полемики съ раскольниками, преимущественно ему 
свойственный — это сравненіе и примѣръ». (Прав. Соб., 1861, III, 376). 
Двуперстіе онъ неоднократно называетъ армянскимъ кукишемъ, а два перста въ 
двуперстіи — двумя козлиными рогами — въ этомъ отношеніи ему принадлежитъ право на 
первенство. Въ другихъ случаяхъ онъ пользуется уподобленіями «Яіезла Правленія» и 
«Пращицы», 
(ю) 
