НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
619 
а затѣмъ и завода, съ предоставленіемъ ему лишь нѣсколькихъ лошадей 
для выѣзда, — подлила масла въ давно тлѣвшій огонь. Опасеніе духовенства 
за самую независимость церкви было лишь кратковременнымъ и не имѣло 
тѣхъ послѣдствій, какихъ ожидали. При Екатеринѣ II дѣло опять свелось 
на тотъ же жгучій вопросъ о церковныхъ имуществахъ. Съ какой бы сто- 
роны ни разсматривать этотъ вопросъ, необходимо имѣть въ виду, что, 
при всемъ ея желаніи угодить на первыхъ порахъ духовенству, она должна 
была считаться съ тѣмъ положеніемъ, какое было создано для монастыр- 
скихъ крестьянъ при Петрѣ III, и съ обширнымъ движеніемъ монастыр- 
скихъ крестьянъ, которое угрожало общей опасностью. Послѣдніе не хо- 
тѣли возвращаться въ вѣдѣніе своихъ прежнихъ владѣльцевъ и готовы 
были уплачивать требуемый налогъ въ казну. Многочисленность челобит- 
ныхъ на несправедливости и притѣсненія духовныхъ властей (въ дѣлахъ 
коммиссіи) лучше всего говоритъ намъ, насколько этотъ вопросъ требо- 
валъ немедленнаго рѣшенія (у автора, 79, 82, 95, 98, 99 — 103). И самъ 
авторъ замѣчаетъ: «удивительно- ли, что взглядъ на задачи коммиссіи, 
которая составлялась, какъ бы «удовольствіе духовенству учинить», теперь 
измѣнился и сталъ шире» (103). 
Намъ кажется, что, въ виду такого положенія вещей, считать, что въ 
этомъ дѣлѣ преобладающую роль играли тѣ или другіе, свѣтскіе или духов- 
ные совѣтники Р^катерииы II, преслѣдовавшіе исключительно, по своей 
нравственной низменности, личные интересы, — будетъ большой ошибкой 
(111 — 1 21) х ). Какъ всегда, однако, оказалось, что дѣйствующихъ лицъ было 
мепыпе, чѣмъ сочувствующихъ, а противодѣйствующихъ и того меньше. 
Какъ ни старался привлечь своихъ посредниковъ къ общему дѣлу, Арсеній 
этого не достигъ: одни остались при добрыхъ желаніяхъ, другіе ограничи- 
лись ничего не значущими замѣчаніями въ коммиссіи, а третьи и совсѣмъ 
не выступили: костром, ей. Дамаскинъ, получившій чинъ отлученія, испра- 
вленный Арсеніемъ, однако не привелъ его въ исполненіе * 1 2 ). 
Къ этому обстоятельству намъ и слѣдуетъ обратиться. 
чила представленіе объ Арсеніѣ еще раньше. Всего за 2 мѣс. до своей катастрофы (въ янв. 
1763 г.) онъ вздумалъ послать привѣтствіе импер- цѣ съ восшест. на престолъ «яко вѣры 
и благочестія хранительницѣ и защитницѣ», «купно съ вселюбезнѣйшимъ сыномъ и наслѣд- 
никомъ», «по многихъ же лѣтъ да способиться благод. Іисуса Хр. вѣчно наслаждатися без- 
смертныхъ благъ въ сокровищахъ небеснаго Его царствія, идѣ же апокалипсическіе 
старцы, цари падаютъ предъ сидящимъ на престолѣ и поклоняются живущему... пола- 
гающе вѣнцы своя предъ престоломъ» и т. д. (Р. Бесѣда, 1860, кн. XX, 231 — 232). Быть 
можетъ Арсеній и своему письму придавалъ какой-нибудь «апокалипсическій» смыслъ. 
1) Оцѣнку дѣйствій коммиссіи мы сдѣлаемъ ниже. По характеристикѣ автора выхо- 
дитъ, что и всѣ судившіе Арсенія Мацѣевича были люди дурные, а потому и судили его 
неправильно. Такъ онъ отзывается о всѣхъ участникахъ перваго и втораго его процессовъ, 
почему они и не заслуживаютъ, ио его заключенію, довѣрія (213, 220, 221, 225, 256, 257). 
2) См. въ нашемъ изслѣд. (Р. Стар. 1879, XXVI, 4 — 5). 
(30 
