ПАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
025 
окружавшія его, не стояли высоко въ нравственномъ отношеніи: «архим. 
Антоній и вся братія Никольскаго корельскаго мон. — пьяницы», показы- 
валъ самъ Арсеній, и доносы на него сдѣланы были, по его мнѣнію, съ 
цѣлью «выжить его изъ монастыря, а имъ свободнѣе пить» (193), и 
такими же качествами отличались его посѣтители (194, 199, 200, 221 
и др.), которыхъ онъ поддабривалъ «водкой». На подобной почвѣ и возникло 
второе дѣло Арсенія: доносы, сплетни, слухи составляютъ главный его 
матеріалъ; но оно выяснило, не говоря о послабленіяхъ, сдѣланныхъ 
Арсенію (192, 194), что его бесѣды вращались въ кругѣ современныхъ 
событій (кар. офиц. передавалъ ему газеты) и касались: незаконности суда 
падъ нимъ, выбора короля въ Польшѣ (193), слуховъ о бракѣ Екате- 
рины II съ Гр. Орловымъ, незаконности ея правъ (204, 205) на престолъ 
(бракъ по родству съ Петромъ III, Павелъ Петровичъ), суда по дѣлу 
принца Ивана Антоновича (съ подозрѣніемъ объ участіи въ этомъ дѣлѣ «боль- 
шихъ господъ)» 1 ), правъ на престолъ его братьевъ (188, 190, 210, 221, 
«царское колѣно»), причемъ онъ ссылался на предсказанія въ ж. Кирилла 
Новоезерского о двухъ юношахъ, которые должпы царствовать въ Россіи 
и завладѣть Константинополемъ (191, 192, 208) 2 ), болѣзни вел. кн. Павла 
Петр, и небреженія наслѣдниковъ престола (190, 191, 198, 201, 208), 
чтенія молитвъ (по внушенію Арсенія архимандритомъ) на обидящихъ 
церкви (206), подъ которыми онъ разумѣлъ, то раскольниковъ, то Синодъ 
и дворянство (217), посягнувшихъ на церк. имущества, по поводу чего 
онъ выражался, что въ Россіи духовенству жить гораздо хуже, чѣмъ «за 
туркомъ» (211, 227), и до конца вѣрилъ въ возвратъ церк. имуществъ 
духовенству (225), а окружающіе величали его (и онъ самъ вѣрилъ въ по- 
добную роль) Іоанномъ Злат. (194, 195, 211, 214, 228). И здѣсь, какъ 
и въ судѣ надъ Арсеніемъ въ 1763 г., авторъ преимущественно ссылается 
на нравственныя качества лицъ, бывшихъ свидѣтелями но его дѣлу, и снова 
присоединяетъ указанія на постигшія впослѣдствіи ихъ бѣдствія (213, 220, 
221, 256, 257 и д.), какъ бы въ интересахъ оправданія Арсенія. Можно 
пожалуй согласиться съ авторомъ, что Екатерина судила строго, даже, 
какъ мы ранѣе высказывалпсь, весьма сурово, Арсенія, какъ своего лич- 
наго врага (229) 3 ), не въ силу какой-либо антипатіи, но какъ оспаривавшаго 
1) Нѣкогда самъ строгій судья, онъ говорилъ, что Мировича слѣдовало пытать (212). 
Въ дѣлѣ же Арсенія Екатерина запретила употреблять пытку. 
2) Любопытно сопоставить эти пророчества съ замѣчаніями Крижанича о томъ же 
житіи (см. ст. М. И. Соколова въ Ж. М. Н. Ир. 1891, № 5, с. G4 — Кб). 
8) Въ указѣ по этому дѣлу припоминалось, что еще прошедшаго 1762 г. (въ доноше- 
ніяхъ Синоду) онъ оказывалъ ея величеству крайнюю ненависть и злобу, которая еще укрѣ- 
пилась ложною святостью и природною гордостью и т. д. (Р. Стар. XLVI, 64— 65). 
(37) 40 
Зап. Ист.-Фил. Отд. 
