106 
ОТЧЕТЪ О ПЯТИДЕСЯТОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
мостронтельныя и казенныя дѣла» (въ широмъ смыслѣ), но «никого не судила» ’). 
Послѣ такой реформы каммеръ-коллегіи, очевидно оставалось только ликви- 
дировать свои дѣла: 1-го января 1785 г. она «окончила свое существованіе». 
Вслѣдъ затѣмъ очередь наступила и для ревизіонъ-коллегіи: указомъ отъ 
23 Февраля 1788 года въ ней велѣно было оставить одинъ департаментъ 
«для окончанія счетовъ и дѣлъ» 1 2 ). 
Г. Чечулинъ слишкомъ мало выясняетъ значеніе вышеуказанныхъ 
реформъ въ качествѣ обстоятельствъ, повліявшихъ на окончательное паденіе 
прежней системы Финансоваго управленія; вмѣстѣ съ тѣмъ, удѣливши срав- 
нительно много мѣста исторіи каммеръ-коллегіи (с. 1 — 78), онъ даже вовсе 
не входитъ въ разсмотрѣніе Функцій и дѣятельности генералъ-прокурора, 
хотя самъ мимоходомъ замѣчаетъ, что центральное управленіе Финансами 
теперь все болѣе и болѣе сосредоточивается въ рукахъ одного лица; 
онъ лишь вкратцѣ обозрѣваетъ реформы 1773 — 1781 годовъ (сс. 78 — 
88) π не изучаетъ вышеуказаннаго процесса, замѣтно усилившагося послѣ 
реформы 3 ). Авторъ, правда, въ общихъ чертахъ даетъ понятіе о расши- 
ренной въ 1779 — 1781 гг. дѣятельности экспедиція о государствен- 
ныхъ доходахъ, въ сущности бывшей своего рода канцеляріей гене- 
ралъ-прокурора по Финансовымъ дѣламъ, и, по памятникамъ законода- 
тельства, даетъ довольно бѣглую характеристику казенныхъ палатъ; но онъ 
не входитъ въ изученіе ихъ дѣятельности и подчиненныхъ имъ органовъ, 
«вѣдавшихъ спеціально и только дѣла Финансоваго управленія и государ- 
ственнаго хозяйства». 
Слишкомъ мало выяснивъ генезисъ Финансовой реформы 1773 — 
1781 гг. и ея значеніе, г. Чечулинъ едва ли обратилъ достаточно вниманія 
и на ея связь съ послѣдующей исторіей нашего Финансоваго управленія. 
Авторъ сообщаетъ, напримѣръ, что «должность государственнаго казначея», 
была «учреждена» лишь при императорѣ Павлѣ I, ровно черезъ мѣсяцъ но 
вступленіи его на престолъ (с. 89). Не говоря о томъ, что самъ авторъ 
выше упоминалъ объ «опредѣленіи должности государственнаго казначея», 
находящемся въ извѣстномъ указѣ отъ 24 октября 1780 года (с. 80), 
ему не мѣшало припомнить, что уже императрица Екатерина II думала вос- 
1) Учрежд. о губ., ст. 118. 
2) Гос. Арх., ХУІ, 168, кар. 29, лл. 588 — 590. 
3) А. Градовскій, Высшая администрація и генералъ-прокуроры, Спб. 1866 г., 
с. 217 — 219, 238 — 255; уже Градовскій замѣтилъ, что вмѣстѣ съ генералъ-прокуроромъ 
постепенно «образуется около императрицы группа людей, имѣющихъ свои отдѣльныя вѣ- 
домства ... и раздѣляющихъ съ нимъ право доклада» (с. 253); такое усиленіе министер- 
скаго начала, конечно, должно было понижать значеніе собственно генералъ-прокурора; но 
за время жизни кн. А. А. Вяземскаго оно едва ли отразилось на исполненіи имъ обязан- 
ностей министра Финансовъ; впрочемъ, при назначеніи А. Н. Самойлова на должность гене- 
ралъ прокурора, казначейскія экспедиціи н ассигнаціонный банкъ остались безъ назначенія. 
(24) 
