НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
107 
пользоваться болѣзнью кн. А. А. Вяземскаго для того, чтобы раздѣлить его 
должности между четырьмя лицами, и за нѣсколько времени до подачи имъ 
прошенія о полной отставкѣ *), дѣйствительно распредѣлила должности, «имъ 
занимаемыя»; въ томъ числѣ она предполагала назначить въ генералъ-про- 
куроры — А. Н. Самойлова, а въ государственные казначеи генералъ- 
кригсъ-коммисара М. С. Потемкина; но послѣдній умеръ до его назначенія 
на новую должность, а тѣмъ временемъ императрица убѣдилась, что новый 
генералъ-прокуроръ «часъ отъ часу становится больше по рукѣ», что «съ 
прежнимъ у него равное усердіе, но нынѣшній умнѣе» 1 2 ); естественно, что, 
при такихъ условіяхъ, она оставила за нимъ и отправленіе обязанностей го- 
сударственнаго казначея; лишь въ силу указа 6-го декабря 1796 года ба- 
ронъ А. И. Васильевъ, состоявшій долгое время правителемъ канцеляріи 
покойнаго кн. А. А. Вяземскаго, былъ «опредѣленъ государственнымъ каз- 
начеемъ» 3 ). 
Другой процессъ въ исторіи нашихъ Финансовъ за время царствованія 
императрицы Екатерины II также сближалъ ихъ съ послѣдующимъ ихъ раз- 
витіемъ. Уже предшественникъ г. Чечулина замѣтилъ, что «въ табеляхъ го- 
сударственныхъ доходовъ и расходовъ съ 1788 года гораздо болѣе единства и 
большая часть доходовъ, находившихся прежде въ распоряженіи особыхъ вѣ- 
домствъ, вошли въ общую массу государственныхъ рессурсовъ; расходы же 
тѣхъ вѣдомствъ удовлетворялись уже изъ статныхъ или же изъ остаточ- 
ныхъ казначействъ» 4 ). Г. Чечулинъ не остановился, однако, на провѣркѣ 
этого вывода и не попытался выяснить, въ какой мѣрѣ спеціализація госу- 
дарственныхъ доходовъ стала уступать нѣкоторому единству и насколько оно 
оказывало вліяніе па государственные расходы. 
1) Гос. Арх., X, 487, ч. 1. Въ своемъ прошеніи князь А. А. Вяземскій писалъ слѣ- 
дующее: «Всемилостивѣйшая Государыня! Прости дерзновеніе, что осмѣливаюсь безпокоить 
всенижайшею моею просьбою объ освобожденіи меня отъ должностей моихъ. Сколько ни 
силился я себя принуждать, но болѣзнь безпрерывно продолжающаяся и изнурившая до 
послѣдней почти крайности, привела меня наконецъ въ такое изнеможеніе, что не только о 
какомъ либо дѣлѣ мыслитъ, ниже пмянн своего подписывать не въ силахъ и ко успокоенію 
моему осталось единое только средство, что бы, бывъ удалену отъ всякихъ и малѣйшихъ ра- 
ботъ, препровождать жизнь въ тишинѣ, пользуясь иногда переѣздами изъ мѣста въ мѣсто 
и перемѣною воздуха. Всемилостивѣйшая Государыня, ты творецъ всего моего бытія, яви и 
въ семъ послѣднемъ случаѣ свою милость, уволи меня отъ всѣхъ моихъ должностей и службы, 
да спокойно окончу остатокъ дней моихъ. Вѣрный подданный: Кязь (sic) А. Вяземской- 
Іюля 17—1792 г.». Подпись сдѣлана совершенно дрожащей рукой. 
2) А. Храповицкій, Дневникъ, изд. Н. Барсукова, с. 322, 396, 427; ср. с. 404 и 
405; изъ Дневника видно, что мысль о «раздѣленіи должностей генералъ-прокурора» зани- 
мала императрицу уже въ январѣ 1790-го года и что она продолжала интересоваться ею въ 
іюлѣ 1792 года. 
3) П. С. 3., т. XXIV, № 17609. Русск. Стар., т. XXIX (1880 г.), с. 816. А. И. Ва- 
сильевъ вслѣдъ за тѣмъ былъ назначенъ и министромъ Финансовъ. 
4) А. Куломзинъ, Госуд. доходы и расходы въ царствованіе имп. Екатерины II въ 
С. Р. И. О., т. V, с. 222. 
