НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
173 
нмъ на каѳедрѣ Тверской; но характеръ примѣненія этихъ мѣръ, ихъ умѣ- 
ренность и истинно евангельскій духъ вполнѣ заслуживаютъ примѣчанія. 
Въ числѣ причинъ быстраго успѣха раскола въ данный періодъ были 
и такія, которыя не могли быть захвачены никакою архипастырскою дѣя- 
тельностію: напримѣръ снисходительное отношеніе къ расколу законодатель- 
ства Екатерины II, общественное бѣдствіе 1771 года, талантливость осно- 
вателей Преображенскаго п Рогожскаго кладбищъ и пр. Этимъ объясняется 
то, почему мѣропріятія Платона, не смотря на всю ихъ дѣйственность, не 
имѣли полнаго успѣха. 
Пятая глава посвящена дѣятельности митрополита Платона по учре- 
жденію единовѣрія. По счету это послѣдняя глава, а по объему самая об- 
ширная. Авторъ начинаетъ установкою понятія единовѣрія, что идея едино- 
вѣрія имѣетъ православный характеръ, такъ какъ обрядовая сторона хри- 
стіанской вѣры не составляетъ чего-либо существеннаго, неизмѣннаго, и 
всегда зависѣла отъ усмотрѣнія церковной власти. По словамъ автора, такъ 
смотрѣлъ на дѣло патріархъ Никонъ и послѣ него патріархъ Іоакимъ, іеро- 
монахъ Исаакій, основатель Саровской пустыни, Астраханскій преосвя- 
щенный Иларіонъ, Новгородскій митрополитъ Димитрій Сѣченовъ и Псковскій 
епископъ Гедеонъ Криновскій. Приводя объ этихъ лицахъ историческую 
справку, авторъ заключаетъ, что «мысль о возможности единенія старо- 
обрядцевъ съ церковію при соблюденіи старыхъ книгъ и обрядовъ выска- 
зывалась гораздо ранѣе митрополита Платона», но высказывалась «не вполнѣ 
въ ясной и опредѣленной Формѣ и не имѣла настоящаго своего приложенія». 
Платонъ первый съ ясностію развилъ положенія, изъ которыхъ съ необхо- 
димостью вытекала идея возможности принятія отнадшихъ въ лоно церкви на 
началахъ любвеобильнаго снисхожденія, и первый произвелъ сильное вліяніе 
на осуществленіе этой мысли въ дѣйствительности, особенно благодаря бла- 
гопріятному собственному настроенію старообрядцевъ. Первые ходатаи о 
единовѣріи въ своихъ прошеніяхъ опираются па «Увѣщаніе» митрополита 
Платона. Но изъ ближайшихъ дѣйствій митрополита Платона видно, что 
Платонъ въ прошеніяхъ старообрядцевъ отыскивалъ одного, — это чисто- 
сердечности и искренности въ единеніи съ церковью. Поэтому, когда мо- 
сковскіе старообрядцы въ 1799 году обратились съ просьбою на Высочайшее 
имя объ устройствѣ ихъ общины, Платонъ заподозрилъ неискренность ихъ 
и предначерталъ основанія для должнаго разрѣшенія вопроса объ учрежденіи 
единовѣрія. При этомъ авторъ говоритъ о прошеніи московскихъ старо- 
обрядцевъ Платону, о томъ, какъ Платонъ затребовалъ отзывъ отъ москов- 
скаго духовенства на это прошеніе, и какъ строго серьезно отнесся самъ 
къ этому отзыву. Каждый пунктъ прошенія старообрядцевъ вызвалъ особое 
мнѣніе Платона: авторъ подробно анализируетъ эти мнѣнія московскаго 
W 
