32 
ОТЧЕТЪ О ПЯТЬДЕСЯТЪ ВТОРОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
перечню свѣтлыхъ сторонъ цосвящены въ разсматриваемой книгѣ мпогія 
страницы. 
Произвольное умозаключеніе, яко бы на основаніи подлиннаго текста, 
вводитъ автора въ заблужденіе и заставляетъ утверждать, будто «и въ XYI в. 
за Мирожскимъ монастыремъ сохранилось названіе монастыря Нифонта » 
(стр. 218). Какія же основанія для такого утвержденія? — Н. Серебрян- 
ою й ссылается на Фразу изъ памятника XVI вѣка, гдѣ строитель Мирожскаго 
монастыря, преп. Нифонтъ, жалуется Богоматери: «унылъ есмь, Госпоже 
Пречистая Владычице: сего лѣта в ъ монастыри моемъ не бысть ни едина ли- 
тургія». Своимъ называетъ монастырь самъ же Нифонтъ, какъ основатель его, 
и могъ подтвердить тѣ же слова' въ любое время, во время такого же ви- 
дѣнія, въ томъ числѣ п въ наше. Но изъ этого пе слѣдуетъ еще, что и въ 
наше время за монастыремъ сохраняется то же пазваніе, связанное съ име- 
немъ основателя. 
Говоря о вкладчикахъ , какъ о понятіи юридическомъ (стр. 229), слѣ- 
довало бы указать и на позднее происхожденіе самаго термина, и на отсут- 
ствіе его въ письменныхъ памятникахъ до XIV вѣка, а, можетъ быть, н 
позднѣе. По крайней мѣрѣ, этого слова пѣтъ въ «Матеріалахъ для словаря 
древне-русскаго языка» И. Срезневскаго. 
Другія указанія относительно отдѣльныхъ мѣстъ какъ во Введеніи, 
такъ и въ первомъ очеркѣ, сдѣланы нами въ концѣ нашего разбора, почему 
переходимъ къ обзору второго очерка. 
Исторія пустыннаго монашества служитъ предметомъ второго очерка. 
И по размѣрамъ (стр. 240 — 331), и по интересу онъ занимаетъ видное 
мѣсто въ книгѣ Н. Серебрянскаго. И если въ первомъ очеркѣ и отчасти 
въ другихъ авторъ сплошь да рядомъ долженъ былъ констатировать от- 
сутствіе тѣхъ или иныхъ свѣдѣній по извѣстному вопросу въ Псковскихъ 
памятникахъ, а потому прибѣгать къ аналогіямъ, предположеніямъ и т. н., 
то для второго очерка оказывается достаточно мѣстныхъ письменныхъ ма- 
теріаловъ. Это, чисто-внѣшнее отличіе разсматриваемаго очерка стоитъ 
въ самой тѣсной связи и съ внутренними достоинствами, ибо во второмъ 
очеркѣ многіе вопросы подвергнуты тщательному пересмотру. Пересмотръ 
этотъ поражаетъ иногда своею внимательностью и даетъ благопріятные ре- 
зультаты. Н. Серебрянскій вполнѣ справедливо находитъ тѣсную внут- 
реннюю взаимную связь въ дѣятельности выдающихся преиодобпыхъ пу- 
стынно-жителей — Евфросина, Саввы Крыпецкаго и Никандра, и этимъ 
удачно соедппяетъ обзоръ ихъ дѣятельности въ одинъ цѣльпый по своему 
характеру очеркъ. Центромъ первой половины очерка является отношеніе 
преп. Евфросина къ спорамъ изъ-за возглашенія аллилуіи: сравнительная 
оцѣнка описей спора въ двухъ редакціяхъ Житія Евфросина; вопросъ о 
(Іб) 
