42 
ОТЧЁТЪ О ПЯТЬДЕСЯТЪ ВТОРОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
главы, если не полной картины, то, по крайней мѣрѣ, отдѣльныхъ моментовъ, 
которые связывали бы въ нѣчто болѣе или менѣе цѣльное прошлое мона- 
стырскаго богослуженія въ Псковской землѣ. Но иа дѣлѣ ожиданія эти не 
оправдываются. На первыхъ же порахъ мы встрѣчаемъ сѣтованія автора. 
Прежде всего, «нашъ очеркъ даже и съ этой стороны («приходится... огра- 
ничиваться изслѣдованіемъ лишь ОФФиціалыюй монашеской молитвы церков- 
ной») будетъ неполнымъ, такъ какъ мы не располагали достаточнымъ мате- 
ріаломъ для изображенія внѣшней обстановки монастырскаго богослуженія, — 
ограничились изученіемъ его лишь по памятникамъ письменнымъ». Конечно, 
«Очерки» Н. Серебрянскаго не могутъ исчерпать все богатство археоло- 
гическаго матеріала, относящагося къ той эпохѣ, которою авторъ ограничилъ 
кругъ своихъ изученій. Тѣмъ менѣе можно предъявлять къ «Очеркамъ» по- 
добныя требованія, что мѣстное псковское научно-археологическое учрежденіе 
(«Церковно -Историческій Комитетъ») основано очень недавно, и собранные 
въ Музеѣ Комитета предметы пока малочисленны для того, чтобы по нимъ 
нарисовать болѣе пли менѣе полную картину внѣшней обстановки монастыр- 
скаго богослуженія. Но весь Псковъ, этотъ городъ-музей, а также Фрески 
Мирожскаго монастыря, богатыя ризницы Псково-Печерскаго монастыря, 
древнія вещи Троицкаго собора и т. д. даютъ весьма разнообразный, еще 
не оцѣненный въ наукѣ археологическій матеріалъ. Вотъ, на основаніи этихъ 
соображеній, мы и вправѣ были ожидать, что въ четвертомъ именно отдѣлѣ 
книги Н. Серебрянскаго будетъ сказано хотя бы нѣсколько словъ о 
внѣшней сторонѣ стариннаго богослуженія въ псковскихъ монастыряхъ, 
или же, на худой конецъ, хотя бы на основаніи чужихъ, а не самостоятель- 
ныхъ, изслѣдованій, чему въ другихъ случаяхъ слѣдуетъ авторъ, предста- 
вляя весьма обстоятельныя и, повторяемъ, цѣнныя компиляціи. 
Но, кромѣ приведенной оговорки, на той же страницѣ находимъ мы и 
вторую. «Историческія извѣстія о состояніи монастырскаго богослуліенія за 
весь ранній періодъ мѣстной монастырской жизни, до половины XV вѣка, 
настолько скудны числомъ и незначительны по своему содержанію, что, осно- 
вываясь на нихъ, нельзя сдѣлать даже общихъ, болѣе или менѣе точныхъ 
указаній относительно этой стороны монастырской жизни». Мы думаемъ, что 
авторъ могъ привести хотя бы сухой перечень богослужебныхъ рукописей 
псковскаго происхожденія, въ томъ числѣ, разумѣется, и отрывковъ, и сдѣ- 
лать это въ Формѣ такого ліе перечня въ трудѣ Н. Волкова: «Статистиче- 
скія свѣдѣнія о сохранявшихся древне -русскихъ книгахъ XI — XIV вѣковъ» 
(С.-Пб. 1897). Затѣмъ, для послѣдующаго періода слѣдовало бы обратиться, 
по крайней мѣрѣ, къ существующимъ описаніямъ разныхъ рукописныхъ 
собраній и оттуда извлечь краткія свѣдѣнія о богослужебныхъ рукописяхъ, 
или написанныхъ въ предѣлахъ Пскова, или же бывшихъ въ монастыряхъ, 
(26) 
