НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
117 
па «весьма вредные для школы эксперименты» (П, 4), ибо его реформы 
«вышли не изъ сознанія дѣйствительныхъ школьныхъ недостатковъ, а изъ 
совершенно постороннихъ побужденій п пошли мимо почти всѣхъ назрѣв- 
шихъ потребностей духовнаго образованія» (Г, 383). Само собою понятно, 
что при графѣ Н. А. Пратасовѣ настало «самое неблагопріятное время для 
какой бы то пи было созидательной работы въ духовной сферѣ» (II, 2). Это 
«періодъ весьма недоброй памяти» съ «господствомъ въ школьномъ дѣлѣ лич- 
ныхъ взглядовъ п случайныхъ вліяній, лишенныхъ разумной системы и обо- 
снованныхъ принциповъ» (II, 3). Вездѣ п всюду «безсистемность и безталан- 
ность» (II, 31), повлекшія «внутреннее разложеніе» (II, 150). «Кромѣ вреда 
и порчи не получилось ничего» (II, 1 39) отъ духовно-учебныхъ Пратасов- 
екпхъ начинаній. 
Едва ли можно подобрать еще болѣе черныя краски въ обрисовкѣ лич- 
ности гр. Н. А. Пратасова, который является какимъ-то злымъ геніемъ, 
водворившимъ и культивировавшимъ «безпредѣльность административнаго 
произвола въ духовно-учебныхъ заведеніяхъ» (II, 165). Въ этомъ случаѣ 
Б. В. Тнтлпповъ говоритъ въ унисонъ съ общепринятымъ тономъ, кото- 
рый онъ только доводитъ до самыхъ высокихъ нотъ даже по сравненію съ 
игнорируемымъ имъ ближайшимъ предшественникомъ по изученію Прата- 
совской духовно-учебной эпохи, К. П. Дьяконовымъ 1 )· Поименно эта пре- 
увеличенная гармоничность и кажется подозрительною, ибо въ живой дѣй- 
ствительности всегда бываетъ достаточно всякой разноголосицы. Картина 
съ однѣми тѣнями по самому существу своему не натуральна и не реальна. 
Она больше затемняетъ, чѣмъ освѣщаетъ подлинныя событія, — и потому 
ни личность, ни время графа Н. А. Пратасова доселѣ не нашли въ подоб- 
ныхъ крайнихъ изображеніяхъ своей истинной исторической правды 2 ). Это 
видно прежде всего на генезисѣ духовно-учебныхъ Пратасовскихъ реформъ. 
Б. В. Титл и новъ всецѣло выдвигаетъ личные мотивы властолюбія, легко- 
мыслія и обскурантизма, но было бы излишне говорить, что это — нс научный 
взглядъ, который даже отдаленно не удовлетворяетъ основнымъ требова- 
ніямъ историческаго прагматизма. Серьезнѣе намеки па связь съ общегосу- 
дарственнымъ режимомъ Николаевскаго царствованія (II, 150. 182 — 183. 
231), однако все это не развито въ разсматриваемомъ трудѣ и только пере- 
1) Между прочимъ, съ довѣріемъ сообщаются какія-то сплетни о грубыхъ выраже- 
ніяхъ гр. Н. А. Пратасова по поводу назначенія его оберъ-прокуроромъ (I, 72 — 73), а о 
князѣ А. Н. Голицынѣ умалчивается, что при такихъ же обстоятельствахъ онъ прямо объ- 
являетъ себя атеистомъ... 
2) Однако даже Д. И. Ростиславовъ гораздо снисходительнѣе Б. В. Титлинова 
судитъ («Вѣстникѣ Европы» за іюнь, іюль и августъ 1883 г.) о графѣ II. А. Протасовѣ, кото- 
рому отдаетъ должное и В. Е. Рудаковъ (въ Энциклопедическомъ Словарѣ Брокгауза и 
Ефрона, полут. 50, стр. 506). 
(21) 
