186 
ОТЧЕТЪ О ПЯТЬДЕСЯТЪ ВТОРОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
Вслѣдствіе этого Царь приказалъ Меншикову отвести конницу на- 
задъ и поставить ее на нравомъ Флангѣ укрѣпленнаго лагеря. 
Приказаніе Петра настолько шло въ разрѣзъ съ предположеніями 
Меншикова, что послѣдній объяснилъ его недостаточной оріентировкой 
Царя въ положеніи дѣлъ, а потому рѣшилъ продолжать бой и просилъ Госу- 
даря поддержать его хотя-бы нѣсколькими полками пѣхоты. Но Государь 
послалъ ему вторичное приказаніе объ отступленіи; Меншиковъ вновь 
рѣшилъ его не исполнить и послалъ Царю захваченные имъ 14 шведскихъ 
знаменъ и штандартовъ. Однако Петръ, несмотря на видимые успѣхи Мен- 
шикова, все же рѣшилъ дѣйствовать съ осторожностью, ибо считалъ, 
что еще не настало время для рѣшительнаго удара. Щадя самолюбіе Мен- 
шикова и не желая колебать его самостоятельности, Госз 7 дарь приказалъ 
ему съ частью силъ дѣйствовать противъ оторвавшихся отъ шведской арміи 
коллонъ Росса и Шлипенбаха, а главной части конницы подъ начальствомъ 
Боура отойти къ правому Флангу лагеря, что и было исполнено. 
Всѣ эти эпизоды глубоко поучительны. Невольно изумляешься дѣй- 
ствіямъ Петра: эта кипучая, страстная и властная натура дѣйствуетъ 
съ осторожностью не только противъ грозныхъ еще шведовъ, но и съ 
мягкой осторожностью обращается съ своимъ подчиненнымъ, несмотря 
на двукратное неисполненіе его приказанія. Нельзя не преклониться передъ 
рѣшительностью Меншикова, проявленной имъ и въ дѣйствіяхъ противъ 
шведовъ и въ отношеніи Царя. Это несомнѣнное доказательство наличія 
частнаго почина и способности дѣйствовать вполнѣ самостоятельно. Правда, 
это было то время, когда царствовала не система «молчать, не разсу- 
ждать», а система разсужденія, когда повелѣно было «накрѣпко раз- 
суждать, страшась за неразсуждепіе жестокаго истязанія». Это 
было время, когда отъ военнаго человѣка требовался почпнъ, самостоя- 
тельность, когда начальникъ обязанъ былъ держаться Устава, сообра- 
зуясь съ обстановкой, а не держась его, «какъ слѣпой держится 
стѣны». 
Примѣненіе принципа частнаго почина и самостоятельности начальни- 
ковъ — дѣло крайне трудное и для робкихъ, людей оно кажется крайне опас- 
нымъ; оно таковымъ кажется и для людей, не понимающихъ военнаго 
дѣла. Эти люди склонны держать все въ своихъ рукахъ, отъ подчиненныхъ 
они требуютъ только слѣпого повиновенія, подъ дисциплиной понимаютъ 
только безпрекословное послушаніе; сами опи, конечно, также не спо- 
собны къ рѣшительнымъ, самостоятельнымъ дѣйствіямъ; они въ сущ- 
ности не способны и къ осторожнымъ дѣйствіямъ, опи могутъ дѣй- 
ствовать только пассивно, робко. Итакъ, отсутствіе частнаго почина 
ведетъ къ мертвящей пассивности, это «гробъ повапленный»; но, 
( 8 ) 
