П А ГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
137 
примѣняя принципъ частнаго почина, мы рискуемъ впасть въ увлеченіе. 
Что же лучше? 
Ясно, что лучше: разъ идеала достигнуть нельзя, то лучше избрать то, 
что насъ можетъ приблизить къ этому идеалу, а не удалить отъ пего, — и 
въ минуты страшныхъ сомнѣній, въ минуты, когда заколеблется душа воен- 
наго человѣка, пусть онъ лучше увлечется въ сторону рѣшительности, 
а не въ сторону осторожности, ибо въ такомъ увлеченіи есть начало 
жизни, а не начало смерти, а гдѣ пассивность — тамъ смерть. Вотъ по- 
чему мы не можемъ согласиться съ авторомъ, когда онъ говоритъ, что «дѣй- 
ствія Меншикова въ Полтавскомъ сраженіи, упорствовавшаго въ веденіи 
авангарднаго боя, представляютъ образецъ, поучительный въ отрицатель- 
номъ смыслѣ». Далѣе авторъ говоритъ, что «намъ неизвѣстны причины, 
побудившія свѣтлѣйшаго князя такъ настойчиво стремиться къ перенесенію 
успѣха центра тяжести сраженія па линію редутовъ». Затѣмъ авторъ выска- 
зываетъ нѣсколько предположеній о причинѣ такихъ дѣйствій Меншикова, 
но, тѣмъ не менѣе, дѣлаетъ заключеніе, что, «такъ или иначе, но въ образѣ 
дѣйствій Меншикова во всякомъ случаѣ сказалось полное непони- 
маніе 1 ) имъ необходимости веденія боя въ духѣ требованія внутренней 
цѣльности, непониманіе важности осуществленія принципа «превосходства 
силъ». 
Намъ кажется, что нѣтъ достаточныхъ основаній къ такому тяжкому 
обвиненію Меншикова, такъ какъ причины его рѣшенія неизвѣстны. 
Меншиковъ дѣйствовалъ противъ шведовъ только весьма рѣши- 
тельно, что въ вину военному человѣку никакъ нельзя поставить. Онъ не 
перешелъ границъ рѣшительности, а то обстоятельство, что, несмотря 
на успѣхъ боя, онъ просилъ подкрѣпленій, указываетъ, что онъ видѣлъ не- 
обходимость дѣйствовать и осторожно, а не очертя голову. Слѣдовательно, 
весьма возможно, что онъ не нарушилъ-бы внутренней цѣльности боя, от- 
ступивъ во-время, когда у него явилось-бы убѣжденіе, что дальше бой, 
отдѣльно отъ главныхъ силъ, вести нельзя. Однимъ словомъ, намъ ка- 
жется, что въ данномъ случаѣ и главнокомандующій — Петръ и подчинен- 
ный — Меншиковъ, — оба сдѣлали свое дѣло: главнокомандующій заботился 
о ходѣ боя на всемъ полѣ сраженія, а частный начальникъ па своемъ 
участкѣ. Въ этомъ заключается истинная самостоятельность начальниковъ. 
Обращаетъ па себя особое вниманіе наличіе наступательнаго начала 
въ дѣйствіяхъ русскихъ начальниковъ того времени; не только геніальный 
Петръ и его даровитые ближайшіе сотрудники, но и многіе частные началь- 
1) Курсивъ нашъ. 
(9) 
