26 
ОТЧЕТЪ О ПЯТЬДЕСЯТЪ ТРЕТЬЕМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
ствованія. Это были монастырыш съ 2, 3, 5, 6 иноками, не развивавшіеся 
въ крупныя общины. Причины образованія такого характера новгород- 
скихъ монастырей авторъ видитъ, во-первыхъ, вообще въ отношеніи Нов- 
города къ своимъ сѣвернымъ колоніямъ и, во-вторыхъ, въ частности къ 
своимъ монастырямъ. Только часть сѣверныхъ новгородскихъ владѣній — 
Обонежье — тѣсно была связана съ территоріей новгородскаго государ- 
ства, войдя въ составъ Новгородскаго уѣзда; остальныя земли сѣвера на- 
ходились лишь подъ протекторатомъ республики, и Новгородъ смотрѣлъ па 
эти земли, какъ на источникъ промышленной эксплоатаціи. Новгородъ, 
какъ государство, не поддерживалъ своихъ монастырей, скупо давалъ имъ 
льготы и земли, непрочь былъ лишать монастыри ихъ доходовъ и земель (5). 
Вотъ почему эти новгородскіе монастырьки и не выростали въ крупныя 
обители. По виду они подходили къ обыкновеннымъ погостамъ съ церковью, 
нѣсколькими дворами причта и келліями призрѣваемыхъ при церкви ни- 
щихъ. Новгородскіе монастырьки повторяли собою погосты (7). Въ нихъ 
установился порядокъ особножительный: каждый членъ такой незначи- 
тельной монастырской общины самъ долженъ былъ добывать себѣ пропи- 
таніе. 
Наоборотъ, южная вѣтвь колонизаціи создавала крупные общежи- 
тельные монастыри, отличавшіеся прочностью. Эта срочность объясняется, 
во-первыхъ, государственною поддержкою со стороны князей: москов- 
скихъ, вологодскихъ и бѣлозерскпхъ, а затѣмъ устойчивостью и живучестью 
самой внутренней монастырской организаціи. Типъ такого монастыря 
складывался и развивался соотвѣтственно складу и развитію того обще- 
ства, которымъ онъ создавался. Фазы его развитія отражали въ себѣ Фазы 
развитія общества. На югѣ среди опасностей, постоянно грозившихъ юж- 
ной Руси отъ кочевниковъ, монастырь сталъ окружаться стѣнами, прини- 
мать видъ крѣпости. Съ этимъ характеромъ крѣпостного сооруженія онъ 
переходитъ и па сѣверо-востокъ. Но параллельно тому, какъ общество па 
сѣверо-востокѣ усваиваетъ Формы земледѣльческаго быта, и монастырь, 
сохраняя значеніе крѣпости, становится тамъ хозяиномъ- вотчинникомъ, 
крупнымъ землевладѣльцемъ. И въ самомъ устройствѣ управленія такой 
крупной монашеской общины авторъ видитъ большое сходство съ кияже- 
скимъ управленіемъ. Монастырскія стѣны соотвѣтствуютъ кремлю княже- 
ской столицы. Съ княжескими приказами авторъ сопоставляетъ монастыр- 
скіе дворцы — вѣдомства съ ихъ отчетностью и кругомъ дѣлъ; съ бояр- 
ской думой — совѣтъ соборныхъ старцевъ въ монастырѣ; съ земскимъ со- 
боромъ — «черный» соборъ монастыря. Монастырскихъ приказчиковъ и 
посельскихъ, управлявшихъ отдѣльными монастырскими селами, онъ срав- 
ниваетъ съ княжескими посельскими и городовыми приказчиками, которые 
(4) 
