ПАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
15 
ховника, принялись за искорененіе церковныхъ нестроеній и разныя испра- 
вленія въ богослуженіи и въ жизни своихъ пасомыхъ съ такой неудержи- 
мой рьяностью, что возбудили около себя крайне безпокойное волненіе и 
возстанія противъ себя своихъ пасомыхъ, подвергались даже побоямъ и 
были изгоняемы изъ своихъ городовъ. Но они вовсе не были какими ни- 
будь преобразователями, такъ какъ не имѣли въ программѣ своей дѣятель- 
ности ничего новаго, чего не имѣли бы во вниманіи всѣ прежніе церковные 
дѣятели, но крайней мѣрѣ со времени Стоглаваго собора и ранѣе, и чего 
не содержалось бы, нанрим., въ тѣхъ самыхъ царскихъ и архіерейскихъ 
грамотахъ начала XVII в., которыми авторъ въ 1-й главѣ предваряетъ цер- 
ковныя мѣры противъ нестроеній Іосифовскаго времени (1 — 15 стр.). Отъ 
прежнихъ ревнителей XVI и XVII в. они не отличались ничѣмъ, кромѣ 
развѣ только темперамента своей дѣятельности, которымъ они вооружали 
противъ себя даже свои духовныя власти и патріарха. Въ этомъ отно- 
шеніи особенно любопытно дѣло объ единогласіи въ церковномъ богослу- 
женіи, которому авторъ посвятилъ цѣлую главу (III, стр. 81 — 105); въ 
ней очень ярко рисуется образъ старца патріарха Іосифа съ его отста- 
лостью отъ современнаго безпокойнаго движенія и обиднымъ положеніемъ 
среди господства въ церковной администраціи зазнавшагося временщика 
протопопа СтеФана. При п. Никонѣ всѣ эти ревнители, кромѣ ВониФатьева, 
перешли въ расколъ. 
До 1880-хъ годовъ общимъ убѣжденіемъ всѣхъ историковъ и поле- 
мистовъ противъ раскола было то, что эти же ревнители протопопы при 
Іосифѣ были справщиками книгъ на Печатномъ Дворѣ, и что они именно и 
внесли въ печатавшіяся тогда церковныя книги извѣстныя раскольническія 
мнѣнія о двоеперстіи, сугубой аллилуіи и т. п. Убѣжденіе это было потомъ 
опровергнуто вновь найденными списками справщиковъ XVII столѣтія, въ 
которыхъ именъ указанныхъ протопоповъ нѣтъ, а имѣются другія имена. 
Едва ли не первый оставилъ это убѣжденіе историкъ русской церкви пре- 
освящ. Макарій (Ист. XI, 126). Въ своихъ первоначальныхъ статьяхъ о Ни- 
конѣ въ «Прав. Обозрѣніи» и въ книгѣ о п. Никонѣ г. Каптеровъ неопро- 
вержимо доказалъ, что заподозрѣнные ревнители не принимали никакого 
участія въ дѣятельности Печатнаго Двора, и что на немъ дѣйствовали совер- 
шенно другія лица (кн. о Никонѣ, 50 — 58). Но, покончивъ съ этимъ во- 
просомъ, онъ долженъ былъ разрѣшить необходимо связанный съ нимъ 
другой, еще болѣе важный вопросъ: кто же въ самомъ дѣлѣ и когда испор- 
тилъ наши православныя книги и обряды, такъ что ихъ пришлось потомъ 
снова исправлять? На этотъ вопросъ онъ далъ совершенно новый отвѣтъ, 
составляющій большую заслугу его и для науки, и для всей противорас- 
кольнической полемики, стоившій ему большихъ непріятностей и повлекшій 
(3) 
