IS 
ОТЧЕТЪ О ПЯТЬДЕСЯТЪ ЧЕТВЕРТОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
взгляда па грековъ, называетъ грекофилами, какъ будто членовъ какой-то 
партіи) поставляется самъ царь Алексѣй съ духовникомъ ВониФатьевымъ 
(I, 35 — 47), будто бы съ дѣтства воспитанный въ грекоФильскпхъ тради- 
ціяхъ своей семьи, особенно своего дѣда патріарха Филарета (стр. 37). 
Позволяемъ себѣ крѣпко усомниться въ этихъ традиціяхъ. И царь Ми- 
хаилъ, π натр. Филаретъ относились къ грекамъ самымъ обыкновеннымъ 
образомъ, какъ это вообще было принято у русскаго правительства. Оно 
сносилось съ восточными патріархами по церковнымъ вопросамъ, напрпм., 
объ учрежденіи русскаго патріаршества, принимало отъ нихъ самое посвя- 
щеніе русскихъ патріарховъ, ласково принимало у себя въ Москвѣ грече- 
скихъ духовныхъ лицъ, пріѣзжавшихъ за милостыней, нѣкоторыхъ опре- 
дѣляло у себя на церковную службу, пыталось съ ихъ помощью завести у 
себя правильную русскую и даже греческую школу; но этимъ все его гре- 
кофильство и ограничивалось. При всей своей любезности въ пріемѣ этихъ 
гостей оно постоянно давало имъ чувствовать свое православное передъ 
ними превосходство, держало ихъ въ почтительномъ отдаленіи п отъ себя, 
и отъ русскихъ людей, такъ что всѣ они, не исключая и патріарховъ, ста- 
вившихъ русскихъ первосвятителей, содержались въ Москвѣ чуть не подъ 
арестомъ, не имѣя никакихъ сношеній за стѣнами своихъ помѣщеній, 
должны были во всемъ уступать первенство русскимъ, не только не смѣли 
указывать или исправлять что пибудь несогласное съ ихъ греческими обря- 
дами, но и сами старались приноровляться къ русскимъ обрядамъ, дозво- 
ляли русскимъ даже поправлять и учить себя при исправленіи богослуже- 
нія, какъ, напрпм., натр. Ѳеофанъ (см. у автора въ его книгѣ о Никонѣ, 
стр. 32 прим.). Подозрительность относительно православія грековъ и ихъ 
книгъ выражалась иногда очень откровенно (см., напр., Собр. госуд, грам. 
III, стр. 152). Въ дѣлѣ объ изглажены изъ водосвятной молитвы слова «и 
огнемъ» п. Фпларетъ не повѣрилъ убѣжденіямъ одного натр. ѲеоФана, а 
потребовалъ справокъ отъ всѣхъ патріарховъ по греческимъ книгамъ, и 
непремѣнно древнимъ, а не новымъ, занодозрѣнпымъ въ порчѣ. Наконецъ, 
уже ко времени царя Алексѣя и натр. Іосифа относятся извѣстныя пренія 
съ греками Арсенія Суханова, въ которыхъ до конца высказался взглядъ 
русскихъ людей на пестроту греческаго православія. Взглядъ этотъ раздѣ- 
ляло, конечно, и само правительство, которое посылало Арсенія на востокъ, 
и которому онъ долженъ былъ подать отчетъ о своихъ преніяхъ, иначе 
онъ не осмѣлился бы такъ сурово обличать грековъ въ отступленіи отъ 
православія и потомъ не былъ бы снова отправленъ па востокъ съ важ- 
нымъ порученіемъ о собраніи тамъ древнихъ греческихъ книгъ. Въ виду 
всего этого едва ли можно считать серьезными доказательствами греко- 
Фильства Алексѣя Михаиловича то, что онъ очень уважительно обращался 
(6) 
