НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
41 
беыно нужными для Россіи, п можно вполнѣ согласиться съ мыслью 
г. Каптерева, что время Никона, время усиленнаго вліянія грековъ на 
русскую, особенно церковную жизнь, время даже приниженія предъ ними 
Россіи, когда предъ трибуналомъ греческихъ патріарховъ стояли, какъ под- 
судимые, русскій царь и русскій патріархъ, было вмѣстѣ съ тѣмъ и време- 
немъ начала упадка этого вліянія (519) и поворотомъ Россіи на западъ, 
откуда заимствовалп свсе образованіе и ученѣйшіе греки въ родѣ Арсенія 
грека и Паисія Лигарпда. Патріархи недаромъ просили русское правительство 
открыть въ Москвѣ греческія школы, въ которыхъ могли бы учиться и греки. 
Въ заключеніе своего труда (стр. 520 — 547) Η. Ѳ. Каитеревъ 
опредѣляетъ общее значеніе времени Никона, какъ «одной изъ важнѣй- 
шихъ эпохъ въ исторической жизни русскаго народа». Заключеніе это пред- 
ставляетъ собою обобщеніе всего сказаннаго въ двухъ томахъ, въ родѣ 
общихъ положеній при ученыхъ диссертаціяхъ. Вкратцѣ повторяются 
положенія о значеніи обряда въ религіозномъ сознаніи русскихъ, о невѣр- 
номъ взглядѣ па старый обрядъ его исправителей, какъ на противный пра- 
вославію, о борьбѣ за него приверженцевъ старины съ новаторами, объ 
участіи въ обрядовыхъ исправленіяхъ грековъ, которые, поддѣлываясь 
подъ русскія воззрѣнія на обрядъ, предали старые обряды анаѳемѣ п 
такимъ образомъ совершенно отдѣлили старообрядцевъ отъ церкви и сдѣ- 
лались главными виновниками русскаго раскола (225 — 232). Въ расколѣ 
авторъ видитъ остатокъ старорусской косности, вражды къ движенію впе- 
редъ, которая, какъ онъ надѣется, съ развитіемъ просвѣщенія должна со 
временемъ ослабѣть (532 — 536), а въ дѣятельности церковпыхъ исправи- 
телей, помимо даже ихъ ошибокъ, проявленіе перелома русской жизни отъ 
прежней замкнутости п косности къ прогрессивному движенію, которое, по 
причинѣ религіознаго склада русской жизни, естественно должно было 
начаться въ церковной сферѣ. Собственныхъ средствъ для этого культур- 
наго движенія не доставало и нужно было обратиться за ними на сторону 
и прежде всего, конечно, къ православнымъ грекамъ. Но оказалось, что 
эти просвѣщенные учители мало удовлетворительны, что они сами сіяли 
чужимъ свѣтомъ, заимствованнымъ съ запада. Послѣ этого у русскихъ 
людей естественно явилась и стала все болѣе и болѣе укрѣпляться мысль 
и самимъ обратиться за образованіемъ къ западу. Такъ опредѣляется 
авторомъ историческое значеніе времени Никона и Алексѣя Михаиловича; 
онъ считаетъ Никона даже предтечей Петра Великаго и думаетъ, хотя 
немного и рискованно, что безъ реформы Никона едва лп были бы воз- 
можны реформы Петра (стр. 539). О государственномъ значеніи Никона 
здѣсь сказано не много (стр. 545 — 547). Вниманіе автора, какъ видно, 
занимали больше церковныя реформы Никона, которымъ посвящена боль- 
(29) 
