40 
ОТЧЕТЪ О ПЯТЬДЕСЯТЪ ЧЕТВЕРТОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
развивавшаяся силами грамотныхъ угроруссовъ. Грушевскія п Териавскія 
изданія по языку не имѣли корней въ угрорусскихъ говорахъ: Грушевскій 
изданія были па церковнославянскомъ языкѣ, тернавскія на смѣси цер- 
ковнославянско-русскаго, испещреннаго полонизмами. Въ основу же утро- 
русской письменной рѣчи легъ ново-церковнославянскій или «славеноросскій» 
языкъ съ вошедшпмп въ пего мнимоцерковнославянскими «фиктивными» 
элементами. На этой основѣ отпечатлѣвалось наслоеніе явленій, свойствен- 
ныхъ то польскому, то латинскому, то мадьярскому языку, а равно выри- 
совывались въ большей пли меньшей степени особенности мѣстныхъ рус- 
скихъ говоровъ въ зависимости отъ начитанности автора. «При низкомъ 
уровнѣ образованности, при отсутствіи школъ и типографій, до половины 
XVIII в. не могло выработаться какого-либо болѣе пли менѣе общаго типа 
угрорусскаго языка. Каждый грамотей писалъ на свой образецъ. Съ осно- 
ваніемъ епископомъ Маиуиломъ въ 1744 г. богословской школы въ Мука - 
чевѣ явилось п стремленіе и возможность пѣкотораго обобщенія, но въ 
мало удачной Формѣ. Учители этой школы пытались создать мѣстный 
языкъ, но получилась лишь смѣсь церковнославянскаго и мѣстнаго язы- 
ковъ, переполненная словами п Формами, выкованными но произволу писа- 
телей». Разысканный г. Петровымъ урбаръ но своему языку рѣзко отли- 
чается отъ всѣхъ другихъ доселѣ извѣстныхъ памятниковъ тогдашней 
угрорусской письменности. «За исключеніемъ небольшого количества орѳо- 
граФическо-ФОнетическихъ явленій и Формъ, его строй, Фонетика, морфо- 
логія п словарь чужды вліянія церковнославянскаго языка и передаютъ 
особенности одного изъ угрорусскихъ говоровъ. Вслѣдствіе этого Форма 
русскаго урбара или, короче, урбаръ можетъ быть названъ «первымъ пе- 
чатнымъ памятникомъ угрорусскаго нарѣчія». 
Во второй главѣ (Урбары и ѵрбаріальиая регуляція Маріи Терезы, 
стр. 5 — 21) авторъ па основаніи работъ Майлата, Гринберга, Арнета, 
Ачади, Бидермапа и др., а отчасти и своихъ собственныхъ архивныхъ 
разысканій сжато излагаетъ исторію происхожденія урбара въ Угріи и 
внѣшнюю сторону введенія «урбаріальной реформы», вызвавшую на ряду 
съ урбарами появленіе цѣлаго ряда другихъ Оффиціальныхъ документовъ 
на народныхъ языкахъ, между прочимъ, и на русскомъ, каковы: присяга 
крестьянъ, девять опросныхъ пунктовъ, вноски въ пробѣлы Формы урбара, 
урбаріалыіыя таблицы (представляющія огромное количество крестьянскихъ 
именъ п Фамилій), показанія крестьянъ по опроснымъ пунктамъ и подписки 
крестьянъ о неимѣніи пмп жалобъ па помѣщиковъ. Всѣ эти документы, по 
мнѣнію А. Л. Петрова, содержатъ важныя данныя какъ для изученія 
народнаго русскаго языка и разныхъ его говоровъ, такъ отчасти и для 
разрѣшенія вопроса о границахъ народностей. 
(4) 
