94 
ОТЧЕТЪ О ПЯТЬДЕСЯТЪ ЧЕТВЕРТОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
Арсеній претендовалъ п рѣшилъ лучше уѣхать въ свою епархію, чѣмъ 
сидѣть ниже СтеФана псковскаго. Между тѣмъ присутствіе въ синодѣ было 
лучшимъ способомъ для Арсенія проводить въ церковномъ управленіи свои 
идеи. Но онъ пожертвовалъ послѣднимъ для самолюбія. М. С. Поповъ за- 
малчиваетъ значеніе этого Факта, очень неясно и вскользь замѣчая о не- 
ожиданномъ отъѣздѣ Мацѣевича въ епархію (стр. 95 — 97). А ему полезно 
было бы остановиться на этомъ, такъ какъ идейность дѣятельности Арсенія 
онъ доказываетъ во всей книгѣ. Въ другомъ мѣстѣ онъ пытается объяснить 
иначе отъѣздъ ростовскаго архіерея (стр. 121), но съ очевидною неесте- 
ственностью. Почему, также, Димитрій Сѣченовъ сдѣлался врагомъ Ма- 
цѣевича? Поводъ къ ссорѣ подалъ самъ Арсеній (стр. 266) и опять на 
почвѣ самолюбія. Почему Арсеній вооружилъ противъ себя синодъ? Только 
своимъ некорректнымъ и неуважительнымъ отношеніемъ къ послѣднему. 
Изъ книги самого о. Попова видно, что первоначально къ Арсенію сино- 
дальные іерархи благоволили. Да они и не имѣли основанія неблаговолить, 
потому что по своему церковному настроенію Арсеній вполнѣ подходилъ 
къ церковной политикѣ Елизаветинскаго времени. Однако положеніе вещей 
измѣнилось, когда ростовскій архіерей сталъ явно третировать синодъ. 
Уѣзжая изъ синода въ Ростовъ, онъ не счелъ нужнымъ даже испросить 
на это синодальное согласіе, ограничившись объясненіемъ съ государыней 
и тѣмъ показывая нежеланіе считаться съ церковной властью (стр. 121 — 122). 
Потомъ онъ допускаетъ поступокъ очень смѣлый (стр. 132) и пишетъ 
синоду цѣлое укоризпенпсе посланіе въ выраженіяхъ, совершенно недо- 
пустимыхъ для подчиненнаго, за что и получаетъ жестокій выговоръ 
(стр. 135 — 142). Неуважительное отношеніе продолжалось и дальше 
(стр. 3 28). Что же удивительнаго, если въ концѣ концовъ синодальная 
власть такъ вооружилась противъ Арсенія, что не стала принимать даже 
пакетовъ отъ его стряпчихъ и начала равнодушно оставлять безъ вниманія 
его представленія? Самъ авторъ соглашается, что упорное недоброжела- 
тельство къ Арсенію было вызвано его рѣзкостью (стр. 301), т.-е. каче- 
ствомъ не положительнымъ. Но, сознавшись въ этомъ, онъ потомъ, подводя 
итоги всѣмъ выговорамъ и внушеніямъ Арсенію (стр. 329 — 330), силится 
снова оправдать своего героя, видя, какъ будто, причину неблаговоленія 
къ Мацѣевичу лишь въ «несходствѣ взглядовъ». Не говоря о томъ, что 
самое несходство взглядовъ авторомъ нс доказано, и па самомъ дѣлѣ его не 
было, автору не зачѣмъ было бы отказываться отъ прежняго признанія, 
справедливость котораго ясна для каждаго читателя. А стоило о. Попову 
болѣе выпукло освѣтить разсматриваемую черту характера Арсенія, для 
чего у него имѣлись всѣ данныя, и искусственно не затѣнять ее, какъ 
обликъ ростовскаго митрополита получаетъ значительно иной видъ. 
(ю) 
