ВИЗАНТІЙСКАЯ ДАТСКАЯ МИНЕЯ. 
81 
всѣхъ вѣрующихъ. Въ статьѣ подробно указанъ и способъ работы Мета- 
Фраста (стр. 188): «Сей премудрый, уваживъ просьбу побуждавшихъ его, 
ревностно взялся за дѣло за дѣло, положилъ предъ собою древніе (акты) 
мучениковъ, называемые «Кименъ», что значнтп « лежащій и 1 ), и передѣлалъ 
ихъ въ метафразы. Онъ прежде всего украсилъ слогъ, притомъ такъ, что, 
удерживая смыслъ раньше написаннаго и не измѣняя его, представилъ его 
яснѣе; вмѣстѣ съ этимъ онъ потрудился совершенно устранить слова сомни- 
тельныя и еретиками привнесенныя. Такимъ образомъ въ Мученіяхъ свя- 
тыхъ онъ сдѣлалъ два улучшенія: очистилъ пшеницу отъ плевелъ и некра- 
сивое сдѣлалъ красивымъ». 
Весьма важно также извѣстіе Ефрема Малаго объ изъятіи изъ упо- 
требленія метафразъ Симеона въ царствованіе Василія (стр. 189): «Прежде- 
упомяиутый великій царь Василій. . . пріостановилъ въ церквахъ чтеніе его 
книгъ, не по какому-нибудь божескому закону, а вслѣдствіе гнѣва, причи- 
ною котораго послужило слѣдующее. Разъ въ церкви читали житіе блажен- 
ной Ѳеоктисты Лесбійской и, когда дошли до имѣющихся въ началѣ этого 
Чтенія словъ «и посланъ былъ вѣрующимъ царемъ Львомъ, унесшимъ съ 
собою въ могилу все счастіе греческой имперіи», — царь, услышавъ эти 
слова, воспылалъ неудержимымъ гнѣвомъ и рѣшился сжечь писанія Си- 
меона Логоѳета. Поэтому, пока онъ былъ живъ, писанія эти хранились 
тайно и сокровенно и только въ домахъ читались они знавшими ихъ и вос- 
торгавшимися ихъ красотой». 
Этотъ разсказъ, по нашему мнѣнію заслуживающій полнаго довѣрія, 
какъ принадлежащій писателю близкому по времени и притомъ, какъ видно 
по всѣмъ даннымъ, добросовѣстному и осторожному, весьма интересенъ 
между прочимъ въ томъ отношеніи, что изложеннымъ въ немъ Фактомъ 
царскаго гнѣва можно весьма правдоподобно объяснить неполноту метафра- 
стовскаго сборника и неравномѣрность распредѣленія въ немъ житій по мѣ- 
сяцамъ 2 ), о чемъ мы скажемъ подробнѣе ниже. 
Опальное положеніе метафразъ Симеона, но дальнѣйшему разсказу 
Ефрема Малаго, продолжалось до смерти императора Василія. Лишь послѣ 
его смерти «нѣкоему человѣку честнаго житія и добродѣтельнаго поведенія, 
причисленному къ церковному клиру въ царствующемъ градѣ», было видѣ- 
ніе, въ которомъ Симеонъ съ своими сочиненіями явился четвертымъ послѣ 
трехъ вселенскихъ учителей: Василія Великаго, Григорія Богослова и 
Іоанна Златоустаго. «Мужъ, которому было настоящее видѣніе, сразу про- 
снулся и разсказалъ объ этомъ патріарху и всему церковному собранію. 
1) Т. е. κείμενα = тексты. 
2) Впрочемъ, Іоаннъ Ксифилинъ объясняетъ этотъ Фактъ иначе (см. ниже). 
Зал. Ист.-фид. Отд. 
G 
