НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
51 
товскихъ Фресокъ отличается особенно гладкой блестящей поверхностью, 
чего не встрѣчается обыкновенно на русскихъ позднѣйшихъ стѣнописяхъ: 
обстоятельство любопытное, но требующее именно сравненія съ другими, 
если бы даже и не современными, то хотя бы ближайшими по времени 
памятниками. Единственное указаніе яснаго сравненія сдѣлано въ этомъ 
случаѣ относительно сербскихъ стѣнописей. Далѣе, авторъ восхваляетъ 
мастера Ѳеранонтовскихъ Фресокъ за счастливый основной фопъ Фресокъ 
и называетъ его «зеленовато-лазурнымъ», «воздушнымъ», а затѣмъ «нѣж- 
нымъ сипимъ» фономъ. Если вѣрить приложеннымъ тремъ цвѣтнымъ та- 
блицамъ, то мы имѣемъ здѣсь обыкновенный индиговый фонъ, въ которомъ 
основной синій цвѣтъ ослабленъ сѣро-зеленымъ оттѣнкомъ. Какъ извѣстно, 
и въ древней Византіи тотъ же самый тонъ служилъ обычнымъ фономъ не 
только въ стѣнописяхъ, по еще и въ древнѣйшихъ иконахъ, писанныхъ на 
доскѣ. Во Фрескахъ фонъ всегда кажется легче, представляется какъ бы 
подернутымъ дымкою, но, какъ это хорошо знаютъ даже современные пи- 
шущіе стѣнописи художники, эта дымка является въ результатѣ разложе- 
нія синей краски, а равно и окисленія извести, при чемъ яркость основной 
краски слабѣетъ, дѣлается сѣрою. И такъ, нельзя во-первыхъ, относить 
къ самому Діонисію, какъ если бы онъ былъ художникъ, этого впечатлѣ- 
нія своеобразной дымки или патины въ Фонахъ, и равно нельзя на этой 
чертѣ построить какой - либо характеристики Діонисіевыхъ Фресокъ. По 
пункту о цвѣтныхъ медальонахъ авторъ перечисляетъ рядъ случаевъ ихъ 
употребленія, но не указываетъ, гдѣ впервые они появились, служа ориги- 
наломъ послѣдующихъ типовъ, что было-бы гораздо важнѣе всего этого 
перечня. Указаніемъ на сербскія церкви дано понять, какъ будто, эта 
черта тамъ появилась впервые; однако, для двухцвѣтныхъ и трехцвѣтпыхъ 
круговъ, окаймляющихъ священпые образы, мы знаемъ даже древне-ви- 
зантійскій терминъ: νεφελη, что значитъ: свѣтлое облако. Авторъ восхва- 
ляетъ общій колоритъ Ѳерапонтовскихъ Фресокъ, ихъ декоративность и 
красочность. Признаемся : представленные имъ образцы въ цвѣтныхъ та- 
блицахъ: I, II, III и XIII говорятъ больше объ иконописномъ, монотон- 
номъ однообразіи, чѣмъ о красочности. Изъ этихъ таблицъ I и II напоми- 
наютъ всего болѣе иконопись на доскахъ и не даромъ : въ нихъ до того 
господствуетъ охра въ одеждахъ, палатахъ, горкахъ, что они на стѣнахъ 
должны производить, по нашему мнѣнію, непріятное впечатлѣніе, какое 
всегда дастъ охра, эта, по преимуществу «матеріальная», не воздушная 
краска. Другія двѣ таблицы даютъ нссравпенно лучшее впечатлѣніе, бла- 
годаря пурпуровымъ одеждамъ Богоматери и ангеловъ, находящихся въ 
пріятной гармонизаціи съ индиговымъ фономъ алтарной абсиды, а также 
темно-красной коричневой мантіи и зеленоватой милоти крылатаго Іоанна 
(s) 
