ОТЧЕТЪ О ПЯТЬДЕСЯТЪ ШЕСТОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
'.)4 
ппали о готовпости русскихъ и что у шведовъ царили безпечность и гордое 
презрѣніе къ нротивпику (Мальмстрё.мъ) *); шведы отступили, но и русскіе 
отошли къ Выборгу, не считая себя достаточно сильні)імп для овладѣнія 
<1>ридрихсгамомъ, а между тѣмъ въ ІІетсрбургЬ произошелъ переворотъ, 
возведшій на престолъ Елисавету Петровну (25-го ноября), вслі'.дствіе чего 
заключено было перемиріе (27-го ноября). ПббЬда русскихъ была торже- 
ственно отпраздновала въ Петербургѣ, а Ломоносовъ написалъ свою оду 
въ 230 стиховъ, въ которой воспѣвалъ первые троФеи импсратора-младенца 
(Іоанна VI). Конецъ года ограничился мелкими набѣгами русскихъ, швед- 
скій Hîe ФЛОТЪ, много потерпѣвшій отъ свирѣпствовавшей болѣзни (цъінга), 
возвратился въ Карлскропу. 
Ненрочностъ власти нравителъницы Анны Леопольдовны скоро дала 
себя почувствовать. Взоры противниковъ и наблюдательныхъ царедворцевъ 
склонялись въ пользу Елисаветы Петровны и всегда кипѣвшая у престола 
дипломатическая интрига поспѣшила воспользоваться въ собственныхъ 
интересахъ, тѣмъ болію, что на этотъ разъ явился ея посредникомъ такой 
предпріимчивый дипломатъ, какъ Шетарди, вошедшій въ ближайшую связь 
съ представителемъ Швеціи, не менѣе злополучнымъ въ шведской аван- 
тюрѣ — Нолькеномъ. Замѣтимъ при этомъ, что авторъ настоящаго труда 
ставитъ вопросъ о причинахъ удаленія Елисаветы Петровны отъ искатель- 
ства престола въ моментъ избранія Анны Іоанновны, объясняя это ея 
беззаботностью и пребываніемъ въ деревнѣ, вдали отъ двора, что подало 
поводъ англ, послан. Финчу сказать словами Шекспира: «она слишкомъ 
ожирѣла для .заговоровъ». «Корона требовала усилій, даже подвига» (75); 
но дальше онъ упоминаетъ о легкомысліи тогдашней придворной СФеры 
(ки. ІДербатовъ) и приводитъ относительно Елисаветы замѣчаніе герц. 
дс-Лиріа: «Поведеніе принцессы Елисаветы съ каждымъ днемъ все дѣлается 
хуже и хуже», поэтому не вѣрнѣе ли будетъ принять объясненіе такого 
знатока русскихъ дѣлъ того времени, какъ исторіографъ Миллеръ, которое 
передано въ автобіографіи Шлецера ^). Мы ne остановимся на перипетіяхъ, 
приведшихъ къ рѣшительному разрыву коалиціи, повидимому, налаживав- 
шейся при дворЬ въ поль.зу Елисаветы въ лицѣ Шетарди (человѣкъ 
«бѣглаго ума», по мнѣнію Н. И. Папина, какъ выражались вѣжливѣе 
по придворпому о легкомысленныхъ людяхъ) и Нолькена, цѣною уступокъ 
ІПвеціи. Елисавета пользовалась ею, пока казалось это необходимымъ, 
по оба дѣльца слишкомъ высоко оцЬнилп свою услугу н нотерпЬли круше- 
1) fie меньшую роль играли и неупѣренность вь средѣ руководителем воинственной 
политики (автор·!., 35, 63, 66) и неясное представленіе о противникѣ. 
2) Сборн. Ак. Паукъ, т. XIII, 33. О необычайной красотѣ Елисаветы, сведшей съ ума 
академика Коля, туп, же. 
()2) 
