НАГРАДЪ ГРАФА УВАРОВА. 
<)5 
піо. Кліісавста мог.іа подать поводъ къ такому зак.ііочепію одними намеками, 
по подписи, удостовѣрявшей ея согласіе па уступки, опа не дала, а предпо- 
ложеніе, что опа могла бы позволить увезти себя въ Швецію съ тѣмъ, 
чтобы явиться во главѣ шведской арміи, походило скорѣе гга романическую 
Феерію, нежели па серьезный планъ, отъ котораго они и сами поспѣшили 
отказаться ^). По если даже такой рискованный планъ пришлось прикры- 
вать «паціопалыюй» тенденціей — уііичтожепіемъ правленія въ Россіи ино- 
странцевъ (81), то «пепаціопальная политика Анны» (с. 2) не могла у?ке по- 
вториться, т. е. смѣниться одна котерія лицъ — другою, равпоцѣппою. И, какъ 
только переворотъ совершился, шведы возмшіли, что ихъ желанія могутъ 
легко осуществиться, однако вскорѣ, по словамъ историка Н. Тепгберга, 
шведамъ пришлось вернуться къ благоразумію (88); не удались и попытки 
подѣйствовать (Левепгауптъ) шумомъ большихъ вооруженій (89). Повиди- 
мому, и легкомысленное представленіе Шетарди о слабости русскихъ силъ 
нашло себѣ правильную оцѣнку во ‘Рранціи(90), а затѣмъ и представителю 
Швеціи (Нолькену) пришлось убѣдиться въ паденіи кредита своего благо- 
пріятеля (91)^), Рѣшительный отказъ отъ какихъ либо переговоровъ, 
кромѣ основаній Ништадтскаго мира, былъ данъ и въ Парижѣ (Кантемиръ), 
а въ Петербургѣ явился уже новый дѣятель на дип.томатическомъ поприщѣ, 
который повелъ это дѣло въ болѣе рѣшительномъ духѣ, до возобновленія 
военныхъ дѣйствій включительно: то былъ А. П. Бестужевъ-Рюминъ ^). 
Временное перемиріе дало возможность собрать болѣе значительное 
русское войско (авторъ подробно касается мятежа солдатъ противъ ино- 
земныхъ начальниковъ), и хотя въ Финляндіи также удалось поднять воин- 
ственный духъ населенія (Шерпстедтъ), по онъ скоро остылъ, а недоволь- 
ство среди шведскихъ офицеровъ, политическія страсти (по поводу избранія 
герц, голштинскаго на шведскій престолъ и подозрѣнія на счетъ видовъ 
Левенгаупта) и болЬзни въ войскѣ побудили шведовъ оставить Фридрихс- 
гамъ, вообще не представлявшій выгодной позиціи (вслѣдствіе окружаю- 
щихъ высотъ), и русскимъ оставалось только занять его Б. Шведы, 
1) Сборн. Имп. Р. И. Общ., ХСП, 54, 227—233, 345, 383: LXXXVI, 371, 3S3, 387; 
ХСѴІ, 682. 
2) Шетардч удивлялся обдуманности пунктовъ, данныхъ Елисаветой, въ которыхъ 
тщательно устранялся даже намекъ на уступку Швеціи земель (Пекарскій, Маркизъ де-ла- 
Шетарди, 298—300). 
3) Счеты съ Шетарди были сведены имъ въ 1744 г. (см. документы въ Арх. кн. Ворон- 
цова, тт. I— Ш). Авторъ даетъ обыкновенно біографическія свѣдѣнія о главныхъ дѣятеляхъ 
эпохи. Слѣдовало бы сдѣлать тоже и для А. П. Бестужева- Рюмина. Дѣятельность русской 
дипломатіи въ Парижѣ могла бы быть пополнена перепиской и донесеніями Кантемира. 
(Воронц. Арх., Вѣсти. Евр., Сочнн. К — ра). 
4) По словамъ Манштейна (хотя шведы много затратили), укрѣпленія его многаго не 
стоили. Подробно въ запискахъАл. Пл. Бибикова «Примѣч. о шведской войнѣ 1741 — 43 гг.» — 
рукоп. Воен. уч. архива (у автора, 116-117 и прим. 128). 
(53) 
