ІІЛГРЛДЪ ΓΓΛΊΆ ^ Ü.VlΌn.i. 
121 
разрыву π грозило да;ке опасностью руссколіу ]іі)сдстамителіо. Затѣмт. 
король облачается иъ доспѣхи à Іа Густавъ-ЛдольФъ, падѣясь да;кс помра- 
чить его славу и закончить предпріятіе Карла XII. Онъ отправляется въ 
Финляндію п ппніетъ грозный ультиматумъ въ прежнемъ стилѣ, требуя 
отъ ні)отпвніша короткаго отві.та («да пли нѣтъ»), съ упомипапіемъ имени 
пу гачева, ІІовпднмому, всѣ ос}"кдали эту выходку короля (Кауницъ, Сегюръ, 
датск. нос. Сснъ-СаФоренъ), но нѣкоторые изъ близкихъ къ Екатеринѣ 
лицъ выражали опасенія и рекомендовали уступки полякамъ и туркамъ 
(Орловъ- Чесменскій, Потемкинъ, Кауницъ), чтобы имѣть возможность сра- 
зиться съ шведами; но Екатерина отвѣтила манифестами о войнѣ, замѣтивъ: 
«у страха глаза велики» (105 — 113^). Въ письмѣ къ своему корреспон- 
денту, доктору Циммерману, она выражалась: «Вѣроломство со стороны 
непріятеля никогда еще не сказывалось сильнѣе, какъ нынѣ со стороны 
короля шведскаго противъ меня. Смѣло отдамъ мое дѣло па рѣшеніе всѣмъ 
университетамъ въ свѣтѣ» ^). Съ своей стороны Густавъ, наставляя своего 
представителя Нолькена въ его дѣйствіяхъ іі предъявляя требованіе о воз- 
вратѣ завоеванныхъ земель (которыя будто бы достались Россіи вслѣдствіе 
подкупа шведскихъ представителей и были бы возвращены Петромъ, если 
бы не умеръ Карлъ XII, и нѣкоторыя изъ нихъ будто бы предлагалъ воз- 
вратить ®) А. II. Остерманъ), присоединялъ требованіе относительно Турціи 
до возвращенія ей Крыма включительно и заявлялъ, что его желаніе заклю- 
. чается «единственно въ опредѣленіи удобныхъ границъ», которыя, однако, 
онъ разумѣлъ въ предѣлахъ XII вѣка. Записка эта, но справедливому при- 
знанію, гораздо болѣе похожа «на памФлетъ, чѣмъ на дипломатическую 
ноту». И въ этомъ задорѣ Густавъ дошелъ до того, что въ своей пере- 
пискѣ съ геп. Михельсономъ, назвалъ Швецію имперіей, что подало поводъ 
Екатерииѣ еще лишній разъ насмѣяться надъ нимъ^). По словамъ Сегюра^), 
опа выразилась, что если бы они завладѣли даже Петербургомъ и Москвою, 
то она показала бы, что можетъ сдѣлать во главѣ храбраго и покорнаго 
народа жепщипа съ сильнымъ характеромъ, стоя на развалинахъ вели- 
каго государства, но особенно она была возмущена напоминаніемъ о пуга- 
чевщинѣ. Между нею и Густавомъ ®) возникла литературная полемика, и 
понятно, что въ ея глазахъ онъ являлся уже «сумасшедшимъ», «Донъ- 
Кихотомъ» и «Горе-Богатыремъ». А онъ услаждалъ себя надеждою, что 
онъ является мстителемъ за честь Швеціи и даже Турціи, что имя его 
1) Дневн. Храповицкаго, ПО. 
2) Сочин. Екатерины II, III, 459—460. 
3) У Payjiepa(Taschenb. 1857, с. 407—410; Брикнеръ, 48—50). 
4) Дневн. Храповицкаго (29 іюня). 
5) Храновицкій, 100; Сегюръ, 299. 
G) Храповицкій, о войнѣ вообще, 298 — 317, п о Горе-Богатьщѣ. 
()9) 
