IGG 
ОТЧЕТЪ О ПЯТЬДЕСЯТЪ ШЕСТОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
пріобрѣтеній, въ силу оругкія и соглашенія съ Франціей, и императоръ 
торжественно отпраздновалъ это присоединеніе передъ памятникомъ 
Петра Б.; отъ жителей была принята присяга, и въ завоеванномъ краѣ 
организовано было русское правительство во главѣ съ генералъ-губерна- 
торомъ. На торжественномъ молебнѣ по случаю мира (въ Петербургѣ), 
замѣчаетъ авторъ, гр. де-Местръ (сардин, послан.) «не могъ свести глазъ 
съ бѣдной царствующей императрицы» ( 288 ) ^). 
Пренія объ условіяхъ мира были перенесены въ секретный комитетъ 
риксдага, но и здѣсь признавали неосуществимость шведскихъ желаній. 
Утверждали, что «общій голосъ народа» требовалъ мира во что бы то ни 
стало; что шведскій національный духъ находился въ такомъ упадкѣ, что 
думать о какомъ либо сопротивленіи не мыслимо; что народъ лишенъ какъ 
матеріальныхъ средствъ, такъ и силы воли, которая пренебрегаетъ всякими 
препятствіями; что если въ скоромъ времени миръ не будетъ заключенъ, то 
пародъ будетъ повергнутъ въ отчаяніе, которое ведетъ къ самымъ роко- 
вымъ послѣдствіямъ. Такимъ образомъ, настоянія Стедингка на необходи- 
мости продолженія военныхъ дѣйствій должны были отпасть, а между тЬмъ 
уже подготовлялась новая экспедиція съ Аланда на шведскій берегъ, угро- 
жавшая Стокгольму. Столь же настойчивы и продолжительны были споры 
о границѣ, которая сначала предполагалась до р. Торнео, а потомъ до 
р. Каликсъ, и въ надеждѣ оставить эту область рѣшили обратиться къ 
имп. Александру, и государь самъ, обозначивъ границу, уступилъ эту 
послѣднюю, чтобы своему другу королю Швеціи «présenter un bouquet» ^). 
Предложеніе о внесеніи въ трактатъ статьи о правахъ и привилегіяхъ 
ФИННОВЪ также не было принято, и согласились на томъ, что вслѣдствіе 
дарованія ихъ государемъ король шведскій освобождается отъ священнаго 
долга чинить о томъ въ пользу прежнихъ подданныхъ какія-либо условія. 
Предложеніе объ удовлетвореніи государственныхъ долговъ (въ извѣстной 
части), объ амнистіи (во избѣжаніе привлеченія виновныхъ), о сохраненіи 
бостелей для офицеровъ и унтеръ-ОФИцеровъ, сраящвшихся противъ Россіи, 
1) Къ сожалѣнію, авторъ сочиненія не могъ воспользоваться вышедшей нозже пере- 
пиской имп. Елисаветы Алексѣевны съ ея матерью, въ которой этотъ переворотъ занимаетъ 
видное мѣсто и переполнилъ ея письма грустными мыслями и чувствами (см. особенно II т. 
н отчасти III). 
2) Румянцевъ заявлялъ, что доходъ съ нея отъ лапландцевъ не превышалъ 2G рублей 
въ годъ; онъ писалъ Александру, что рѣчь идетъ о нѣсколькихъ лапландскихъ хижинахъ 
и о какихъ-то желѣзныхъ рудникахъ между Торнео и Каликсомъ (263, 264), убогое богат- 
ство, изъ-за котораго не стоитъ терять миръ. Въ настоящее время эти рудники и вообш,е 
область, отъ которой отказалась Россія, составляетъ одно изъ величайшихъ сокровищъ 
Швеціи, для защиты котораго послѣдняя строитъ крѣпостыі проводитъ стратегическія линіи 
желѣзныхъ дорогъ (615, пр. 328). Финляндцы говорили, что имъ Швеція не нужна, тольі(о 
Я<елѣзныя ея руды (289). 
