182 
ОТЧЕТЪ О ПЯТЬДЕСЯТЪ ШЕСТОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
ряженіе кпяж. Финляндію, не безъ коварства, конечно, думая, что на этомъ 
пути будетъ посѣяно немало терній ^). По, занявъ Галицію (1809) силь- 
нымъ корпусомъ (кн. С. Ѳ. Голицына), нри благопріятныхъ отношеніяхъ 
Наполеона (противъ Австріи) и несмотря на заявленія населенія, что гали- 
чане, за исключеніемъ немногихъ, считали бы себя счастливыми поступить 
подъ русскую деря^аву (донесенія кп. Голицына), имп. Александръ, вопреки 
завѣту Екатерины II, по стопамъ которой онъ обѣщалъ слѣдовать, не за- 
думываясь, возвратилъ ее Австріи ^). 
Послѣ 1812 года авторитетъ Александра значительно возросъ. Далеко 
не всѣ были согласны па счетъ необходимости заграничнаго нохода ^); по 
Александръ повелъ свои войска на Западъ, для новыхъ военныхъ лавровъ. 
Однако, будучи въ Лондонѣ, онъ такъ поддался вліянію сильно дѣйствовав- 
шей на него сестры, Екатерины Павловны, что це замѣтилъ образовавшейся 
противъ Россіи коалиціи (Кестльри) изъ много ему обязанныхъ Англіи, 
Австріи и Франціи, которая дала себя почувствовать на Вѣнско.мъ кон- 
грессѣ. Увлекаемый л^е своими ранними симпатіями и обѣщаніями, онъ съ 
такимъ увлеченіемъ отстаивалъ интересы Польши, что посѣялъ неудоволь- 
ствіе въ Пруссіи и хотя сталъ королемъ польскимъ^), чѣмъ такъ мало 
интересовалась Екатерина, не хотѣвшая взять у поляковъ «нн одной пяди 
ихъ земли »^), кромѣ принадленіавшихъ ранѣе русскимъ княжествамъ, но 
1) «Это Эрфуртскія пліянія, писалъ де-Местръ. . . Два главные подстрекателя этого- 
предпріятія: французскій посолъ п датскій министръ» (Р. Арх. 1871, стр. 129). 
2) Богдановичъ, II, 438 — 455; Ср. Сорель, VII, 289, 320, 428; VIII, 157; Соловьевъ, 
Императоръ Александръ I, 199 — 208. Въ дневникѣ Храповицкаго (4 мая 1793 г.) читаемъ: 
«Дошли до занятія Польши. Владиміръ на Волыни мы теперь не взяли по причинѣ, но со 
временемъ надо вымѣнять у императора Галицію. Она ему не кстати, а нужна прибавка къ 
Венгріи изъ владѣнія турецкаго» (по изд. Барсукова, 427). Упрекъ за Галицію (см. Шиль- 
деръ, Имп. Александръ I, И, 243). Вел. кн. Николай Михаиловичъ замѣчаетъ: «возможно, 
что государь ошибся въ разсчетахъ; но для насъ пріобрѣтеніе «всей Галиціи» остается 
весьма сомнительнымъ даже при активномъ вмѣшательствѣ Россіи. Мы выиграли на 
другомъ фронтѣ присоединеніемъ Финляндіи (которое разсматривается какъ завершеніе 
дѣлъ Петра В.). Не знаю имѣло ли бы присоединеніе Галиціи тоже значеніе» (Имп. Але- 
ксандръ I, т. I, 73); однако далѣе осуждается самая система, принятая имп. Александромъ 
относительно Финляндіи, какъ опытъ либерализма, создавшая рядъ затрудненій для его 
преемниковъ и повлекшая за собой до нашихъ дней рядъ недоразумѣній, трудно разрѣши- 
мыхъ (75 — 7G). 
3) Карамзинъ по поводу разрыва писалъ: «Основаніемъ россійской политики должен- 
ствовало быть желаніе всеобщаго мира... Исторія Моркова посольства, столь несогласнаго 
въ правилахъ, была первою нашею политическою ошибкою „(Записка)“. Кутузовъ и многіе 
изъ его сподвижниковъ полагали, что мы, истребивъ огромную Наполеоновскую армію, до- 
стигли конечной цѣли войны и что намъ слѣдовало ограничиться изгнаніемъ непріятеля 
изъ Россіи... Но имп. Александръ судилъ иначе» (Богдановичъ III, 467 — 468). 
4) Въ Вѣнѣ Александра окружали поляки и исторгли у него слово, что онъ употре- 
битъ всѣ старанія, чтобы возстановить Польшу и дать ей конституцію (Гречь, 282). 
Г>) Письма Екатерины II къ Гримму (Сборн. И. Р. И. Общ., ХХІП, 620 — 621, 647 — 618): 
(І20) 
