НАГРАДЪ ГРАФА УПЛРОПА. 
217 
ціонііоіі монархіи», стыдливо выдвинувшееся сначала въ припискѣ наверху, 
а потомъ неувѣренно заключенное въ скобки (164 и пр. 311, по чернови- 
кам ь въ Лрх. статсъ-секрет. 1864, Л’; 30). 
15ъ нач. сентября государь прибылъ въ ГельсингФорсъ, въ соіірово- 
гкдепіи нѣсколькихъ великихъ князей и значительной свиты, посѣтилъ се- 
натъ, университетъ. Открытіе сейма послѣдовало 6 сентября, послѣ посѣ- 
щенія собора (проповѣдь па шведскомъ и финскомъ языкахъ съ рѣчами на 
Франц, яз. государя, переданная на шведскомъ и финскомъ яз. ЛрмФель- 
томъ), во дворцѣ (тропъ привезенъ былъ изъ Москвы, какъ и при Але- 
ксандрѣ I); но въ рѣчи было заявлено, что госз^дарь оставляетъ за собой 
право въ тѣхъ вопросахъ, которые будутъ касаться измѣненія коренныхъ 
законовъ. Торжество открытія сейма сопровождалось иллюминаціей, Факель- 
нымъ шествіемъ студентовъ, исполненіемъ русскаго и Финляндскаго гим- 
новъ, баломъ, обѣдами, охотой, газетными восхваленіями виновниковъ тор- 
жества, передавшимися и въ русскія газеты, при чемъ И. С. Аксаковъ под- 
нялъ вопросъ и о правахъ русскихъ въ Финляндіи (День 1863, № 5). . . 
Между тѣмъ какъ шведская печать приписывала успѣхъ этого дѣла поль- 
скому возстанію, говорила «о конституціи безъ свободы» и «Фальшивой 
лести», — кн. Горчакову приходилось умѣрять заявленія Англіи по адресу 
Польши (168 — 172) и указывать на ея собственный примѣръ. Ожидав- 
шіеся недочеты въ ходѣ новаго дѣла и опасенія о неподготовленности де- 
путатовъ къ нему оказались напрасными. «Дальнѣйшая исторія Финляндіи, 
говоритъ авторъ, въ существенныхъ своихъ проявленіяхъ совпадаетъ съ 
сеймами. Сеймы явились этапными пунктами развитія мѣстной культуры. 
Общій обзоръ сеймовъ приводитъ къ выводу, что въ ихъ дѣятельности во 
всемъ лежитъ печать «практическаго разума» земскихъ чиновъ. Между пра- 
вительствомъ и представительствомъ (вплоть до 1890) серьезныхъ конфлик- 
товъ и недоразумѣній почти не возникало. Сеймъ естественно стремился къ 
расширенію своей власти, желалъ подчинить своему контролю всю админи- 
страцію, но онъ шелъ къ намѣченной цѣли преимущественно легальными 
путями, безъ насилія и угрозъ. Всякое намѣреніе правительства, имѣвшее 
цѣлью благо Финляндіи, всегда могло разсчитывать на сочувствіе и содѣй- 
ствіе земскихъ чиновъ» (173). Рыцарскій домъ сталъ пріютомъ всѣхъ со- 
словій, работы сейма велись гласно, учрежденъ былъ общій клубъ, появи- 
лись дешевыя газеты на финскомъ языкѣ, съ цѣлью развить среди кре- 
стьянъ охоту къ чтенію и знакомить съ событіями, происходящими въ краѣ. 
Первый сеймъ медленно и педантично проходилъ 48 Высочайшихъ пред- 
ложеній, касавшихся всѣхъ отраслей законодательства и Финансовыхъ 
мѣропріятій. Въ сеймѣ участвовало 148 представителей; но представителей 
отъ русскаго населенія не было и данное представительство но статуту 
(«55) 
