ОТЧЕТЪ О ПЯТЬДЕСЯТЪ ШЕСТОМЪ ПРИСУЖДЕНІИ 
2:-.S 
шведомапской партіи по политическимъ соображеніямъ. Спельмапъ высту- 
палъ со своими нападками въ защиту Фиіпюмаповъ и выставлялъ заслуги, 
оказанныя своей партіей въ пользу конституціонныхъ началъ, и борьба эта 
нринимяча часто острый характеръ. Ѵ>ъ дѣятельности Адлерберга опъ усма- 
тривалъ сознательную поддержку интересовъ шведской бюрократіи и дол- 
гкепъ былъ выйти изъ сената. Возникла борьба пзъ-за вліянія и мѣстъ въ 
странѣ, прибѣгавшая нерѣдко и къ такъ паз. «петербургскимъ обходамъ», 
въ интересахъ поддержки. 
Съ пробужденіемъ политической жизни появилась въ Финляндіи юри- 
дическая литература, касавшаяся политическаго положенія страны (Б. Луп- 
даля, Пальмеиа, нерев. на фин. яз., I. В. Росенборга — всѣ въ 1857 г.), въ 
которыхъ тогда Финляндія разсматривалась, какъ провинція, присоеди- 
ненная къ Россіи по Фридрихсгамскому договору или какъ часть Россій- 
скаго государства, неразрывно соединенная съ Россійской Имперіей, но 
управляемая по своимъ основнымъ законамъ. Появились политическія статьи 
въ періодической печати и полемика между А. Шауманомъ и Снельмаиомъ., 
Вообще же вопросъ о финляндской государственности ставился весьма сдер- 
жанно и тотъ же Снельманъ заключилъ свое разсужденіе словами: «будемъ 
помнить, что наше состояніе есть дѣло собственныхъ нашихъ рукъ, а по- 
тому станемъ лишь молчать и ждать» (416 — 417). Въ «Обзорѣ современ- 
ныхъ конституцій» про< 1 >, А. Лохвицкаго (Спб. 1862, изд. ред. Рус. Инва- 
лида) отведено было мѣсто и Финляндіи, относительно которой авторъ, за- 
мѣтивъ, что она, имѣетъ свои учрежденія и управленіе, далѣе говоритъ; 
Финляндія не есть страна, находящаяся въ личномъ соединенія съ Россіей, 
на основаніи европейскихъ трактатовъ, какъ Польша; она по праву, есть 
провинція, принадлежность Россіи, стоящая внѣ международнаго права. 
Но тѣмъ не менѣе автономія ея очень велика, болѣе нежели многихъ госу- 
дарствъ, присоединенныхъ на личномъ началѣ (I, 228 — 248). Такъ стоялъ 
этотъ вопросъ въ печати. 
Созваніе сейма, въ 1863 г. и послѣдующія, вызванныя ими, отношенія 
значительно расширили политическій горизонтъ Финляндцевъ и содѣйство- 
вали появленію новыхъ представленій объ ихъ нравахъ. Въ печати стали 
проводиться взгляды о Финляндіи какъ самостоятельномъ государствѣ и 
правѣ сейма на измѣненіе своей конституціи совмѣстно съ монархомъ (Hels. 
Dagbl., 1863, J\;î 273). Сеймъ трактуется въ нихъ какъ парламентъ само- 
стоятельнаго государства; указывается на различіе между русской и фин- 
ской коронами, между финскими п русскими подданными и на особое, какое-то 
мистическое соединеніе, не одинаковое съ другими существующими пли по- 
добными (418). Высказывалось желаніе совершеннаго отдѣленія войска отъ 
имперскаго, нейтральности страны, подобно Швейцаріи и Бельгіи, и осо- 
(і7б) 
