УЛУГПЕІъЪ II ЕГО НРЕМЯ. 
зя 
тера, которыми онъ, какъ мы увидимъ, суіцественпо отличался отъ другихъ 
джагатайскпхъ военачальниковъ и которыя отчасти перешли па его воспи- 
танника ^). 
Клавихо увѣряетъ, будто Тимуръ при жизни дважды распространялъ 
извѣстіе о своей смерти, чтобы узнать, кто возстанетъ противъ его наслѣд- 
никовъ ^). Восточные авторы не упоминаютъ о такой хитрости Тимура; по 
что вопросъ о томъ, какія волненія вызоветъ его смерть, занималъ Тимура, 
на это указываетъ также разсказъ Ибн-Арабшаха о разговорѣ Тимура съ 
однимъ изъ персидскихъ князей, Искендеромъ Шейхи®), то принимавшимъ 
участіе въ походахъ Тимура, то возстававшимъ противъ него. Но трудно 
было бы рѣшить, какое мѣсто въ этихъ заботахъ Тимура о будущемъ при- 
надлежало роду барласовъ и какое созданной имъ имперіи. Происходя изъ 
среды, въ которой господствовалъ родовой бытъ, Тпмуръ прежде всего 
долженъ былъ чувствовать себя членомъ своего рода; по мѣрѣ его воен- 
ныхъ успѣховъ и по мѣрѣ сближенія съ представителями мусульманской 
культуры (о вліяніи на Тимура какихъ либо образованныхъ людей изъ 
не-мусульманъ извѣстій нѣтъ) его кругозоръ долженъ былъ расширяться; 
но ни въ Оффиціальной исторіи, ни въ другихъ источникахъ мы не нахо- 
димъ свѣдѣній о томъ, какъ постепенно измѣнялось его міровоззрѣніе п 
какъ онъ въ концѣ своей жизни представлялъ себѣ жизнь имперіи и обя- 
занности ея правителя. Изъ того, что мы знаемъ о словахъ и поступкахъ 
Тимура, мы можемъ только вывести заключеніе, что его душевная жизнь 
была несравненно сложнѣе, чѣмъ душевная жизнь его предшественника — 
Чингизъ-хана. Міровоззрѣніе Чингизъ-хана до конца было міровоззрѣ- 
ніемъ атамана разбойниковъ, который ведетъ своихъ товарищей къ побѣ- 
дамъ и доставляетъ имъ добычу, дѣлитъ съ ними всѣ трз^ды, въ дни несча- 
стія готовъ отдать имъ все, даже свою одежду и своего коня, въ дни сча- 
стія испытываетъ вмѣстѣ съ ними величайшее изъ наслажденій — ѣздить 
на коняхъ убитыхъ враговъ и цѣловать ихъ женъ. Геніальный дикарь при- 
мѣнялъ свои рѣдкія организаторскія способности все къ болѣе обширному 
кругу лицъ и не видѣлъ разницы между качествами, необходимыми для 
начальника отряда въ десять человѣкъ, и качествами, необходимыми дл/і 
управленія имперіей*). Тимуръ, напротивъ, былъ прежде всего царемъ- 
завоевателемъ, для властолюбія котораго не было границъ; ему приписы- 
1) Анонимъ Искендера увѣряетъ, будто Шахрухъ только Искендеру былъ обязанъ 
ОТОЙ небольшой долей смѣлости, которая есть въ его характерѣ» ^ 
>^\>), II вообще только подъ вліяніемъ Искендера сталъ стремиться къ царской власти 
(рук. Лз. муз., л. 2926; лонд. рук., л. 3076). 
2) Клавихо, стр. 363. 
3) Ибн-Арабшахъ, стр. 40. 
4) Enzykl. des Islam, I, 892 f.; тамъ ніе ссылки на источники. 
Зап. Ист.-Фил. Отд. 3 
