Общая геологическая карта Россіи. Листъ 56. 
119 
большинство русскихъ рѣкъ нѣкогда, въ первые періоды своего существованія, представ¬ 
ляло ряды озеръ, мало по малу при помощи роста овраговъ связывавшихся между собою, 
понижавшихъ въ силу этого обстоятельства свой уровень и превращавшихся наконецъ въ 
рѣчныя системы. Эта идея явилась очевидно у автора, какъ результатъ многолѣтнихъ на¬ 
блюденій въ области финляндскихъ и прибалтійскихъ озерныхъ системъ, гдѣ подобныя пре¬ 
вращенія дѣйствительно имѣютъ мѣсто и совершаются нерѣдко на нашихъ глазахъ срав¬ 
нительно въ весьма быстрое время. Съ этой стороны и въ этой области наблюденія и обоб¬ 
щенія В. В Докучаева безукоризненны, читаются съ величайшимъ интересомъ,и я не могу 
не примкнуть къ нимъ вполнѣ. Мало того, я полагаю, что и въ центральной Россіи, въ об¬ 
ласти моего изслѣдованія бывали подобные же единичные случаи соединенія озеръ между 
собою и съ рѣчными системами и спуска озеръ рѣками. Но я не могу не замѣтить пред¬ 
взятаго взгляда въ стремленіи обобщить эти единичные Факты и превратить ихъ въ универ¬ 
сальную причину происхожденія рѣчныхъ долинъ во внутренности Россіи. Я вполнѣ въ то же 
время понимаю этотъ предвзятый взглядъ у геолога, явившагося изъ горной финляндской и 
приморской прибалтійской области въ равнины центральной Россіи, и потому то считалъ бы 
не безполезнымъ, не выдавая моего мнѣнія за безусловную и единственно возможную истину, 
высказаться, какъ смотрѣлъ бы на происхожденіе русскихъ рѣчныхъ долинъ геологъ, вос¬ 
питанный на наблюденіяхъ жизни преимущественно русской равнины. 
Начать съ того, что мнѣ кажется ни Фактически, ни теоретически вовсе не доказаннымъ 
существованіе среди русской равнины послѣ отступленія ледника массы озеръ и вообще 
Формы поверхности, благопріятствовавшей образованію озеръ въ такой степени, что карта 
всей Россіп уподобилась бы современной картѣ Финляндіи. Для горной мѣстности, какъ 
Финляндія, съ рѣзко выраженными препятствіями стоку воды такое обиліе озеръ совер¬ 
шенно понятно; оно понятно даже для холмистой мѣстности Валдая; но совмѣстное существо¬ 
ваніе озеръ и равнинъ, особенно для южной половины Россіи, какъ-то не укладывается 
въ вообраяіеніи. Я уже выше указывалъ, что при несомнѣнной медленности отступленія 
леднпка нельзя представить себѣ нп одного момента, въ который бы русская равнина могла 
быть уподоблена по количеству озеръ горной и гранитной Финляндіи, словомъ, представ¬ 
лять изъ себя поверхность ледника съ котловинами, наполненными водою стаявшаго льда и 
снѣга, ибо денудаціонные процессы должны были наступать шагъ за шагомъ за отступаю¬ 
щимъ ледникомъ, производить овраги и переводить ихъ на степень рѣкъ, согласно моей 
теоріи, безъ всякой необходимости участія озеръ. Далѣе мнѣ понятно сохраненіе со времени 
конца ледянаго періода массы озеръ въ Финляндіи, гдѣ эти озера, разграниченныя гранит¬ 
ными промежутками, не могли, по теоріи разбираемаго автора, до сихъ поръ соединиться, 
спустить другъ въ друга свою воду и превратиться въ рѣчныя системы. Но мнѣ совершенно 
непонятно, съ точки зрѣнія этой теоріи, почему на ровныхъ площадяхъ страны, занятой нѣ¬ 
когда ледникомъ, озера исчезли почти совершенно, а въ холмистыхъ областяхъ, занятыхъ 
отрогами Валдая, гдѣ холмы эти состоятъ изъ сыпучихъ, рыхлыхъ и легко распадающихся 
и смывающихся водою матеріаловъ валунной системы, масса озеръ сохранилась неприкосно- 
