Общая геологическая карта Россіи. Листъ 57-й. 
35 
стороны, принялись при ограниченной подготовкѣ за самостоятельные выводы, вполнѣ 
игнорируя работы своихъ предшественниковъ и воздвигая тотчасъ, съ первой же частной 
работкой, теоретическія геологическія построенія и обобщенія , не дожидаясь обработки 
всего или покрайней мѣрѣ главной части фаунистическаго матеріала изъ различныхъ мѣст¬ 
ностей. Если, говоря объ эпохѣ Траутшольда и Эйхвальда, приходится такъ много оста¬ 
навливаться на ея отрицательныхъ сторонахъ, то это обусловливается не только тѣмъ 
обстоятельствомъ, что ошибки ея главныхъ дѣятелей на долго задержали правильный ростъ 
изслѣдованій въ подмосковномъ краѣ, но также и тѣмъ, что онѣ породили рядъ еще болѣе 
крупныхъ погрѣшностей у менѣе разборчивыхъ ихъ послѣдователей. Достаточно вспомнить, 
наир., еще менѣе удачныя изслѣдованія поволожскихъ мезозойскихъ отложеній въ эту эпоху, 
совершенно неправильное представленіе о сложеніи мѣловыхъ осадковъ главнаго южно-рус¬ 
скаго поля и т. д. 
Здѣсь слѣдуетъ указать на ту услугу, которую оказала наукѣ появившаяся въ эту эпоху 
Исторія геологіи Московскаго бассейна Щуров скаго, напомнившая между прочимъ въ самой 
опредѣленной формѣ о томъ, что сдѣлано было предшественниками Траутшольда и Эйх¬ 
вальда. Книга эта не позволила русскимъ изслѣдователямъ впасть окончательно въ ту ошибку, 
въ какую впалъ, напр. Неймайръ, приписавъ разсматриваемой эпохѣ такія заслуги, въ 
которыхъ она вовсе была не повинна. Нужно замѣтить, что самъ Щуровскій въ большинствѣ 
случаевъ стоялъ въ сторонѣ отъ того и другого изъ господствовавшихъ направленій и до¬ 
вольно справедливо оцѣнивалъ заслуги предшественниковъ, но у него не было самого доста¬ 
точнаго количества спеціальныхъ знаній для критической оцѣнки этихъ направленій и для 
авторитетскаго указанія того ложнаго пути, на которомъ они оба стояли. 
Современная эпоха. 
Время, которое по отношенію геологическихъ изслѣдованіи средней Россіи можно харак¬ 
теризовать, какъ эпоху попреимуществу всесторонней критики существующей литературы 
предмета,—эпоху отдѣльныхъ частныхъ палеонтологическихъ и геологическихъ монографій, 
исчерпывающихъ не только личныя наблюденія, но и по возможности весь литературный и 
музейскій матеріалъ даннаго вопроса. Монографіи эти касаются либо отдѣльныхъ палеонто¬ 
логическихъ группъ, отдѣльныхъ горизонтовъ, ярусовъ, либо отдѣльныхъ мѣстностей. При 
постепенномъ осложненіи научнаго матеріала имъ однимъ принадлежитъ оудущность и только 
на нихъ можетъ опереться будущее построеніе научнаго зданія, даже въ томъ случаѣ, когда 
авторъ той и другой изъ нихъ и пришелъ самъ къ ложнымъ и скороспѣлымъ выводамъ, 
если только матеріалъ работы разобранъ и изученъ имъ на столько добросовѣстно и всесто¬ 
ронне, что допускаетъ критическое изученіе послѣдующихъ изслѣдователей. По отношенію 
съ нашей мѣстности эти монографическія изслѣдованія преемственно идутъ отъ Ориктографіи 
Фишера, монографій русскаго палеозоя — Вернейля, русской юры Дорбиньи, Etude 
5* 
