Общая геологическая карта Европейской Россіи, листъ 17. 
49 
Относительно породъ первой группы I. А. Морозевичъ подтверждаетъ указаніе 
предшествовавшихъ авторовъ (Яковицкій, Ѳеофилактовъ) о преобладаніи крас¬ 
ныхъ гранититовъ (зернисто-пегматитовыхъ, съ небольшимъ количествомъ біотита, отли¬ 
чающагося неизмѣримо малымъ угломъ оптическихъ осей) на сѣверѣ Волыни и сѣ¬ 
рыхъ гранититовъ (зернистыхъ, богатыхъ біотитомъ, съ большимъ угломъ оптич. осей) 
въ болѣе южныхъ ея частяхъ. На самомъ сѣверѣ, по р. Норынѣ и Жереву красные 
граниты содержатъ еще роговую обманку и флуоритъ и образуютъ, по автору, фума- 
рольную фацію гранитовъ. На югѣ, по р. Тетереву и у Чуднова, сѣрые граниты со¬ 
провождаются гнейсами, пронизаны гранитными жилами (отсутствующими на сѣверѣ), 
несутъ гораздо болѣе слѣдовъ динамометаморфизма по сравненію съ сѣверными гра¬ 
нитами. Авторъ намѣчаетъ еще одну разность (фацію красныхъ гранитовъ) —грани - 
титы сс. Андреева и Топорища, отличающіеся большею мелкозернистостью, порфиро¬ 
выми выдѣленіями, микроструктурой порфирическаго ортоклаза, идіоморфностыо біо¬ 
тита; эти граниты занимаютъ, повидимому, дѣйствительно особое положеніе въ ряду 
другихъ. Между прочимъ, слѣдуетъ отмѣтить интересныя данныя анализа IX гнейса 
м. Чуднова, принадлежащаго, повидимому, къ пара-гнейсамъ (см. № 62В опис. ч.). 
Изъ породъ второй группы автора, образующихъ среди гранито-гнейсовъ жилы и 
жильные массивы, къ нашей области относятся интересныя породы с. Турчинки (оли- 
виновый норитъ, р. 117—129), с. Фрисарки (габбро-гранитъ, р. 102 —117) и Три- 
гурья (роговообманковый гранититъ, р. 93 —102). Въ значительно большемъ числѣ 
авторъ встрѣтилъ эти породы на сѣверѣ Волыни, гдѣ онѣ, между прочимъ, окружаютъ 
участокъ гранитнаго плато между р. Ужемъ и Шестенемъ, представляющій, по автору, 
сбросовую впадину (р. 29—54). 
Трудъ I. А. Морозевича явился цѣннымъ вкладомъ въ дѣло изученія Волыни. 
Съ нѣкоторыми изъ его положеній можно не согласиться, но слѣдуетъ признать, что 
большимъ достоинствомъ работы является ясность и опредѣленность постановки вопросовъ, 
широта захвата, стремленіе связать отдѣльныя наблюденія съ общими представленіями. 
Наиболѣе шаткимъ и, какъ уже указано было, мало обоснованнымъ является 
взглядъ автора на южно-русское кристаллическое плато, какъ на глыбу первичной 
коры охлажденія. Вопросъ о первичной корѣ охлажденія пережилъ со времени по¬ 
явленія труда Морозевича сложный путь развитія и выдвинутыя съ тѣхъ поръ точки 
зрѣнія кореннымъ образомъ противорѣчатъ представленію Морозевича. Въ очеркѣ о 
тектоникѣ южно-русской кристаллической площади (174, р. 241) мною было указано, 
что на остовныя породы (граниты и гнейсы) плато надлежитъ смотрѣть не какъ на 
однородное по происхожденію цѣлое, но что среди гнейсовъ имѣются представители 
орто- и пара- рядовъ, изъ которыхъ послѣдніе призваны разъяснить тектонику пло¬ 
щади, граниты же представляютъ интрузивные массивы, занимающіе опредѣленное тек¬ 
тоническое положеніе; мнѣ кажется, что приведенныя мои соображенія не встрѣтили 
пока опроверженія съ фактической стороны. 
Труды Гкол. Ком. Поп. скг., вып. 77. 
7 
