316 
Ѳ. Чернышевъ. 
Въ послѣдующей литературѣ возникло разногласіе по поводу біологическаго зна¬ 
ченія тѣхъ признаковъ, которыми руководствовался Ваагенъ, устанавливая отдѣльный 
подродъ Marginifera. Изучая артинскихъ и нѣкоторыхъ верхне-каменноугольныхъ бра- 
хіоподъ, я сталъ препарировать тѣ формы, которыя описывались съ Урала подъ 
общимъ собирательнымъ названіемъ Prod. longispinus, и убѣдился *), что какъ артин- 
скіе, такъ и главная масса верхне-каменноугольныхъ представителей, указанныхъ подъ 
этимъ названіемъ, несутъ внутреннія особенвости, характерныя, по Ваагепу, для 
Marginifera. Надо думать, что въ значеніи этихъ признаковъ не сомнѣвался и Шель- 
випъ * 2 ) при описаніи Магд, pusilla изъ Карпійскихъ Альпъ. Къ совершенно инымъ 
заключеніямъ пришелъ С. Н. Никитинъ 3 ), изучая представителей подмосковной ка¬ 
менноугольной фауны. По его мнѣнію, признаки, по которымъ установленъ Ваагеномъ 
родъ Marginifera , относятся къ категоріи нпчтожпыхъ, второстепенныхъ біологическихъ 
признаковъ. Присутствіе валика на обѣихъ створкахъ С. Н. Никитинъ старается объ¬ 
яснить, какъ „результатъ болѣе усиленнаго отложенія извести мантіей по липіи сопри¬ 
косновенія обѣихъ створокъ тамъ, гдѣ малая створка подъ болѣе или менѣе значитель¬ 
нымъ угломъ упирается въ большую створку; это результатъ столь обычныхъ у мпогихъ 
и разнообразныхъ моллюсковъ краевыхъ утолщеніи при закопчепности періодическаго 
роста 
Наиболѣе важнымъ аргументомъ противъ признанія самостоятельности Margini¬ 
fera С. Н. Никитинъ приводитъ то, что, переломавъ множество экземпляровъ Prod. 
longispinus изъ различныхъ русскихъ отложеній, онъ убѣдился, что „разсматриваемый 
признакъ крайне непостояненъ у экземпляровъ одной и той же мѣстности, одного и 
того же горизонта, безусловно тождественныхъ по всѣмъ остальнымъ признакамъ, гакъ 
родовымъ и видовымъ, такъ и по ихъ внѣшней формѣ". Такое категоричное заявленіе 
С. Н. Никитина, очевидно, оказалось убѣдительнымъ для Шельвина 4 ), который 
измѣнилъ свое мнѣніе о Marginifera согласно съ Никитинымъ. 
Доводы С. Н. Никитина были критически шагъ за шагомъ разобраны Диве¬ 
ромъ 5 ), указавшимъ, что присутствіе внутреннихъ валиковъ въ обѣихъ створкахъ ни¬ 
коимъ образомъ нельзя объяснять такъ, какъ полагалъ С. Н. Никитинъ: это не обу¬ 
словливается законченностью періодическаго роста у отдѣльныхъ индивидуумовъ, а на¬ 
противъ, есть постоянный и характерный признакъ для индивидуумовъ различнаго воз¬ 
раста и одного и того же вида, т.-е. независимо отъ роста относительное положеніе 
внутреннихъ валиковъ для каждаго вида является признакомъ постояннымъ. Противъ 
вышеприведеннаго наиболѣе важнаго аргумента С. Н. Никитина Динеръ съ пол- 
*) Ѳ. Чернышевъ. Общ. Геол. Карта Россіи. Л. 139, стр. 284—286. 
2 ) Schellwien. Die Fauna des Karnischen Fusulinenkalkes. I, p. 20. 
я ) С. Никитинъ. Каменноуг. отлож. Подмосковв. края, стр. 59—60. 
*) К. Schelhvien. Ueher eine angebliche Kohlenkalk-Fauna aus der aegyptisch-arabischen Wüste. 
Zeitschr. d. D. Geol. Gesellsch. XLVI. 1894, p. 70. 
5 ) C. Dieuer. Himâlayan Fossils. Vol. I, Part 3. p. 30—32. 
