Орографическій очеркъ Тимана. 
17 
дами оленей, ио нѣсколько тысячъ головъ, въ тундрѣ пасутъ, и притомъ вполнѣ не¬ 
законно, лишь ижемцы; но на нихъ надежда плохая, и, какъ мы убѣдились въ тундрѣ, 
ижемецъ не только неспособенъ помочь, но скорѣй можетъ повредить тамъ, гдѣ знаетъ, 
что его продѣлка окажется безнаказанной. 
Впрочемъ, если бы даже и удалось добыть оленей у ижемцевъ, то во всякомъ 
случаѣ необходимо было обратиться къ помощи самоѣдовъ, въ качествѣ проводниковъ, такъ 
какъ ижемцы тундру мало знаютъ и своими указаніями могутъ скорѣе спутать, чѣмъ 
помочь выяснить орографію такой мало извѣстной области, какъ Малоземельская тундра. 
Прямую противоположность съ ижемцами представляютъ въ нравственномъ отно¬ 
шеніи самоѣды, эти наивныя дѣти природы, въ симпатичныхъ чертахъ которыхъ мы 
могли убѣдиться во время своего лѣтняго пребыванія въ тундрѣ. Той честности и прав¬ 
дивости въ своемъ словѣ, которую видишь у самоѣдовъ, далеко не всегда встрѣтишь 
у болѣе культурной части населенія Россіи. 
Еще зимой 1890 года начались подготовленія къ путешествію въ тундру, съ ко¬ 
торой и должны были начаться работы весной 1890 года. Такое начало имѣло какъ 
свои выгоды, такъ и неудобства. Съ одной стороны, не было упущено для работъ самое 
благопріятное время въ тундрѣ, когда туманы и атмосферные осадки, сравнительно, 
рѣдки; но, съ другой стороны, пришлось захватить и часть самаго жаркаго времени, 
пользуясь оленями, еще не успѣвшими оправиться послѣ долгой зимы. Было еще, впро¬ 
чемъ, одно важное обстоятельство, заставившее меня предпочесть порядокъ работъ, 
котораго мы тогда держались. Изъ разговоровъ съ оленеводами еще въ 1889 году я 
узналъ, что всѣ они держатся весной съ оленями вблизи населенныхъ мѣстъ и только 
въ жаркое время уходятъ къ берегу моря, или къ большимъ озерамъ, гдѣ и „берутъ", 
по ихъ выраженію, „лѣтній жаръ". 
Осенью же хозяева оленей идутъ или на „камень" за песцами, или собираются у 
крупныхъ рѣкъ, гдѣ и занимаются рыбнымъ промысломъ. Поэтому среди лѣта и осенью 
оленей отыскать въ тундрѣ очень трудно, и самое благопріятное время для найма 
ихъ—весна. 
Изъ дальнѣйшаго читатель увидитъ, что мои разсчеты вполнѣ оправдались. 
Съ цѣлью обезпечить экспедицію оленями, я просилъ Мезенскаго исправника, 
П. А. Попова, еще зимой озаботиться наймомъ для насъ оленьяго стада при опытныхъ 
проводникахъ. Вначалѣ г. Поповъ отвѣтилъ, что ему удалось заручиться согласіемъ 
одного состоятельнаго оленевода, но вскорѣ я получилъ отъ него крайне неутѣшительное 
извѣстіе о томъ, что оленеводъ испугался и отказался отъ найма; другихъ же стадъ 
г. Попову не удалось нанять, такъ какъ началась полная распута, и сообщенія въ 
Мезенскомъ краѣ совершенно прекратились. Съ такимъ грустнымъ началомъ пришлось 
намъ во второй половинѣ апрѣля двинуться изъ Петербурга. Къ началу мая мы были 
уже въ Устьпинегѣ, какъ разъ послѣ вскрытія р. Пинеги. Ледъ только что прошелъ, 
и по берегамъ рѣки были нагроможденія льда, нерѣдко въ двѣ-три сажени вышиной. 
Труды Геол. Ком., т. XII, № 1. ^ 
