Біологическія наблюденія надъ копрофагами Петровско-Разумовскаго подъ Москвою. 85 
нимъ, и ни разу не было ошибки; самый же поразительный Фактъ заключался въ томъ, что 
направленіе пути всегда совпадало довольно точно съ преобладающимъ направленіемъ 
лучей; значитъ, здѣсь крылась зависимость, которая и обусловливала эту странную память 
направленія. Слѣдующій опытъ подтвердилъ это предположеніе. Если личипка всегда идетъ 
въ строго опредѣленномъ направленіи, то, поворачивая бумагу, по которой она ползетъ, 
снимая личинку и кладя ее въ прежнемъ мѣстѣ и въ прежнемъ положеніи, но, слѣдова¬ 
тельно, въ различныхъ условіяхъ освѣщенія, можно заставить ее описать произвольный 
путь. Приложенные чертежи воспроизводятъ буквы «о» и «ѣ», довольно точно начерченныя 
личинками. При этомъ должно замѣтить, что частые перерывы, которые приходится дѣлать 
при сложныхъ чертежахъ, утомляютъ личинку, и она, какъ ни странно это говорить, на¬ 
чинаетъ упрямиться. Первоначально я имѣлъ въ виду, чтобы личинка написала мнѣ 2 слова: 
«отъ свѣта», т. е. сама отвѣтила бы на вопросъ, куда направленъ ея постоянный путь. Ли¬ 
чинка очень удачно воспроизвела «о», какъ видно изъ чертежа, буква «т» была написана го¬ 
раздо хуже, а дальше я не могъ заставить ее ничего написать, она каталась по бумагѣ, не 
придерживаясь никакого направленія, между тѣмъ новая личинка написала букву «ѣ» очень 
исправно. Первые опыты съ Lucilia были произведены 23 Іюля при температурѣ болѣе 
22° С. Лебъ доказывалъ строгость отрицательнаго геліотропизма личинокъ мухъ также 
опытами, параллельными тѣмъ, которые приведены по отношенію тлей; точно также имъ 
былъ констатированъ обыкновенный законъ наибольшаго вліянія сильнѣе преломляющихся 
лучей. Кромѣ того, онъ приводилъ еще слѣдующія наблюденія: если расположить пробирку 
такъ, чтобы наиболѣе удаленная отъ окна часть ея была на прямомъ солнечномъ свѣтѣ, а 
ближайшая въ разсѣянномъ, то личинки идутъ на сторону, удаленную отъ окошка, въ пря¬ 
мой солнечный свѣтъ, но оказываютъ безпокойство и вращаютъ переднею частью туда и 
сюда на 90—130° и, если послѣдняя попадетъ въ тѣнь, то возвращаются. По моему въ 
этомъ случаѣ личинокъ до извѣстной степени можно считать за любящихъ тѣнь (dunkel- 
liebend), чего онъ, однако, не признаетъ. Кромѣ того, я долженъ еще разъ замѣтить, что 
мнѣ удавалось наблюдать и прямое вліяніе тѣни въ противность желанію идти въ направле¬ 
ніи лучей, о чемъ подробнѣе будетъ сказано дальше. Было бы очень интересно прослѣдить, 
на сколько путь личинокъ мухъ совпадаетъ съ направленіемъ лучей на открытыхъ, равно¬ 
мѣрно освѣщенныхъ полянкахъ. Къ сожалѣнію, мнѣ не удалось сдѣлать этого лѣтомъ и приш¬ 
лось ограничиться нѣсколькими наблюденіями надъ личинками Musca domestica въ сравни¬ 
тельно скверныхъ условіяхъ, т. е. въ началѣ октября (при температурѣ 6° R. въ тѣни) на 
открытомъ дворѣ, на прямомъ солнечномъ свѣтѣ (въ Москвѣ). Всѣ личинки, которыхъ я 
бралъ, выказывали очень ясное стремленіе располагаться въ направленіи лучей отъ источ¬ 
ника свѣта и быстро перемѣняли это положеніе при поворотѣ бумаги. Однако, это явленіе 
было гораздо менѣе рѣзко, чѣмъ въ комнатѣ на прямомъ солнечномъ свѣтѣ. Быть можетъ, 
при оріентировкѣ играла роль собственная тѣнь личинки; если это такъ, явленіе теряетъ 
значительную часть своей загадочности. Лебъ, подробно описывая свои опыты, однако нс 
дѣлаетъ изъ нихъ выводовъ, которые бы показывали, на сколько важно упомянутое явле- 
5* 
