Біологическія наблюденія надъ копрофагами Петровско-Разумовскаго подъ Москвою. В 7 
опредѣляется данный отрѣзокъ пути, повидимому, у всѣхъ интересующихъ насъ насѣко¬ 
мыхъ, но въ чрезвычайно различной степени. Путь личинки, положенной въ комнатѣ на 
чистую бумагу, на которую не налегаютъ замѣтныя тѣни, и, гдѣ, слѣдовательно, пи слѣдъ, 
ни обоняніе собственно, ни память, ни геотропизмъ, ни стереотронизмъ не дѣйствуютъ, 
есть путь, идущій строго въ направленіи лучей свѣта. Это имѣетъ для насъ большую важ¬ 
ность: значитъ, онъ чрезвычайно часто случайный, т. е. независимый отъ дѣли, къ которой 
идетъ личинка. Но помимо стремленія идти въ направленіи лучей можетъ дѣйствовать также 
просто желаніе укрыться въ тѣнь. У личинокъ жуковъ вліяніе свѣта выражается уже го¬ 
раздо грубѣе, только тѣнь, если сами они въ полутѣняхъ, оказываетъ предпочти гелык и 
вліяніе. Что касается взрослыхъ насѣкомыхъ, то въ обыкновенныхъ условіяхъ никакой 
Факторъ не имѣетъ такого преобладающаго вліянія, чтобы они непремѣнно повиновались 
бы ему, если другіе извѣстные намъ Факторы удалены. Повидимому, здѣсь уже прямое 
вліяніе внѣшнихъ условій уступаетъ первенствующее мѣсто психическимъ побужденіямъ. 
Что касается вліянія теплоты, то въ обыкновенныхъ условіяхъ личинки отъ нея 
бѣгутъ. (Вѣроятно, существуетъ моментъ при пониженіи температуры, когда это явленіе 
совершенно извращается, но термотропизмъ по отношенію личинокъ очень мало изученъ). 
Изъ наблюденій Леба извѣстно, что личинка, случайно достигшая мѣста, температура кото¬ 
раго всего на 1° выше окружающей среды, прекращаетъ движеніе и, поднявъ переднюю 
часть тѣла, двигаетъ ее въ ту и другую сторону; если при этомъ случится, что ея голов¬ 
ной конецъ коснется мѣста съ болѣе низкой температурой, она направляется туда; даже 
ничтожное возвышеніе температуры при прикосновеніи кончика пальца къ пробиркѣ за¬ 
ставляетъ личинку избѣгать соотвѣтствующаго мѣста на стеклѣ. Между тѣмъ, не смоіря 
на то, что личинки при возвышенной температурѣ въ ихъ жилищѣ, приходятъ въ сильное 
безпокойство, онѣ не въ состояніи спастись въ ту часть сосуда, которая находится при 
низшей температурѣ. Если верхнюю часть пробирки окружить водою при 34°, нижнюю 
при 18° (см. Loeb. стр. 79), то, не смотря на необычайное волненіе, личинки не перепол¬ 
заютъ внизъ. Только тѣ изъ нихъ, которыя находятся на границѣ пояса съ болѣе низкой 
температурой, достигаютъ нижней части сосуда; что, впрочемъ, совершенно понятно, такъ 
какъ движеніе отъ вліянія теплоты происходитъ только тогда, когда тѣло неравномѣрно 
раздражается. Тоже самое почти наблюдалъ я надъ личинками Lucilia. ТКелая воспроиз 
вести переселеніе ихъ, аналогичное передвиженіямъ походнаго червя, подъ вліяніемъ какой- 
либо естественной причины, я осторожно нагрѣвалъ одну половину жестянки, на которой 
былъ расположенъ навозъ; личинки двигались съ очевиднымъ безпокойствомъ, но ни одна 
изъ нихъ не достигла безопаснаго мѣста, такъ что условія опыта пришлось измѣнить. Мнѣ 
кажется, что такая беззащитность личинокъ относительно теплоты, до извѣстной степени 
понятна; въ навозѣ личинки не подвергаются невыносимо высокой температурѣ; вблизи 
поверхности кучи при 30°Б. жары было 26У 2 °, и личинки не были особенно безпокойны; если 
куча расположена на прямомъ солнечномъ свѣтѣ, личинка не выползетъ, такъ какъ при 
пораженіи ея головного конца высокой температурой она съумѣетъ спрятаться вглубь, если 
