Біологическія наблюденія надъ копрофагами Петровско-Разумовскаго подъ Москвою. 47 
падаетъ по направленію лучей, заставляетъ ее тотчасъ же стать по ихъ направленію п 
идти по опредѣленному пути; онъ не мѣняется до тѣхъ поръ, пока головной конецъ ея не 
попадетъ куда-нибудь въ полутѣни — тогда, вѣроятно, послѣдуетъ измѣненіе; въ трещи¬ 
нахъ и подъ камнями на пути, если голодъ не имѣетъ преобладающаго вліянія, она нахо¬ 
дитъ убѣжище, побуждаемая отчасти стереотропизмомъ; проходя мимо кучъ, даже на не¬ 
большомъ разстояніи, она запаха не слышитъ, но ничтожный слѣдъ, небольшое количество 
навоза, размазанное по пути, привлекаетъ все ея вниманіе. Вползая на болѣе или менѣе 
отвѣсныя поверхности, она ощутитъ въ большей или меньшей степени оріентирующее 
дѣйствіе геотропизма; въ случаѣ встрѣчи съ хищникомъ она врядъ ли съумѣетъ его избѣ¬ 
жать и, вѣроятно, сдѣлается его добычей. Если она не пожелаетъ воротиться въ прежнее 
жилище, что, повидимому, для нея возможно, она среди безчисленныхъ кучъ, разбросан¬ 
ныхъ на полѣ, рано или поздно найдетъ какую-нибудь и, повинуясь и геліотропизму, и сте¬ 
реотропизму, уйдетъ вглубь. Гораздо болѣе сложную картину представляетъ намъ путь 
жуковъ и мухъ, которыхъ, отвлекаясь отъ частностей, мы можемъ разсматривать вмѣстѣ. 
Свѣтъ вліяетъ на ихъ путь, но мало — онъ служитъ, главнымъ образомъ, для оріентиро¬ 
ванія въ пространствѣ; обоняніе, если они голодны или спѣшатъ отложить яички, память, 
страхъ передъ приближающимися животными, движенія которыхъ воспринимаются зрѣ¬ 
ніемъ, хотя и въ извѣстныхъ границахъ, быть можетъ, и еще рядъ причинъ, руководятъ 
ими въ каждомъ отдѣльномъ случаѣ; предсказать что-либо здѣсь можно еще въ меньшей 
степени, чѣмъ у личинокъ; повинуясь геотропизму они садятся на верху стѣнъ и другихъ 
предметовъ, а стереотропизмъ заставляетъ ихъ нерѣдко забиваться въ углы, чаще всего 
въ затемненномъ мѣстѣ. 
Въ заключеніе я позволю себѣ повторить уже сказанное въ другомъ мѣстѣ, что по 
моему личному мнѣнію, которое я принужденъ высказывать во избѣжаніе недоразумѣній, 
никакое животное не представляетъ изъ себя только машины, повинующейся нѣкоторымъ 
несложнымъ вліяніямъ совершенно безсознательно. Если я рѣшился привести здѣсь данную 
схему, то только потому, что склоненъ думать, что жизнь низшихъ животныхъ гораздо 
болѣе безсознательна, чѣмъ наша; что же касается ихъ умственной жизни, то я принужденъ 
этой области здѣсь не касаться почти вовсе, чѣмъ я нисколько не хочу сказать, что ея нѣтъ. 
