ОЧЕРКИ РАСТИТЕЛЬНОСТИ ТУРКЕСТАНА. 
69 
мы замѣтимъ около 11500', что этотъ растительный коверъ рѣдѣетъ. Альпійскія осоки, 
которыя въ этихъ горизонтахъ играютъ главную роль, уже не покрываютъ сплошь почвы, 
но образуютъ крупныя дерновины въ 1 — 2 Фута въ діаметрѣ; въ промежуткахъ между 
этими дерновинами почва остается голой и размывается снѣжными потоками, такъ что 
дерновины осокъ образуютъ кочки до одного Фута и болѣе въ вышину. Еще выше эти 
дерновины раздвигаются все болѣе и болѣе, появляется вновь каменистая или щебневая 
почва, и выше 12000' надъ волнистымъ рельефомъ альпійской области поднимаются лишь 
голые крутые утесы, въ складкахъ которыхъ виднѣется кое-гдѣ вѣчный снѣгъ. Крайности 
сходятся! Хотя отъ совершенно иныхъ причинъ, но эти недоступныя скалы столь же обна¬ 
жены и безжизненны, какъ скалистыя подножія горъ тамъ далеко въ равнинахъ. 
Абсолютную границу растительности мнѣ удалось опредѣлить лишь на одной горѣ, 
именно Бокъ-башѣ, хотя и при условіяхъ, которыя нельзя назвать нормальными. Эта гора 
находится въ верховьяхъ рр. Катта-Карамукъ и Кокъ-су; ея широкая плоская вершина 
покрыта мощнымъ ледникамъ, названнымъ ледникомъ Абрамова. Перевалъ черезъ эту гору 
(это есть кратчайшая дорога изъ Каратегина въ Фергану) считается очень труднымъ и 
доступнымъ лишь короткое время втеченіи года. Именно онъ открывается лишь въ концѣ 
іюня, когда снѣгъ дѣлается болѣе плотнымъ и менѣе глубокимъ, но въ августѣ, когда снѣгъ 
весь стаетъ и обнажается ледъ, проходъ по немъ дѣлается въ высшей степени опасенъ отъ 
многочисленныхъ и глубокихъ трещинъ, покрывающихъ ледникъ. Какъ говорятъ, карате- 
гинцы проходятъ въ это время черезъ ледникъ не иначе какъ пѣшкомъ и всегда по нѣ¬ 
сколько человѣкъ вмѣстѣ; при этомъ они подвязываютъ себѣ подъ мышки длинные шесты, 
которые задерживаютъ ихъ, если они проваливаются въ трещины. Я перевалилъ черезъ 
Бокъ-башъ 1-го іюля, т. е. въ самое благопріятное время года. Поднявшись наканунѣ 
вдоль ручья Бокъ-башъ, впадающаго въ р. Катта-Карамукъ, мы переночевали у подножія 
перевала, такъ какъ переходить черезъ него лучше, какъ говорятъ, рано утромъ. Всю 
ночь шелъ мелкій дождь. Въ 4 г / 3 часа утра мы уже двинулись въ путь и по мощнымъ мо¬ 
ренамъ стали взбираться на ледникъ. По мѣрѣ повышенія дождь дѣлался все холоднѣе и 
превращался въ тающій снѣгъ. На высотѣ около 11000 дулъ сильный вѣтеръ, снѣгъ ва¬ 
лилъ густыми хлопьями. Мы медленно подвигались впередъ, придерживаясь за хвосты ло¬ 
шадей. Въ рыхломъ снѣгѣ, покрывавшемъ ледникъ, ноги глубоко вязли, лошади же прова¬ 
ливались по брюхо и ложились на бокъ. Приходилось нѣсколько разъ перевьючивать ихъ. 
Снѣгъ постепенно дѣлался мельче, но гуще и, наконецъ, на высотѣ приблизительно 12500— 
13000' мы вступили въ полосу, гдѣ снѣгъ находился, такъ сказать, in statu nascendi. Вся 
атмосфера здѣсь была наполнена мельчайшей снѣжной пылью, ослѣпительно бѣлой, невыно¬ 
симой для глазъ. Она была столь густа, что уже въ двухъ шагахъ ничего не было 
видно. Но вотъ еще выше, и снѣжный туманъ сталъ разсѣеваться, проглянуло солнце. На 
вершинѣ перевала, которой мы достигли въ 8 часовъ утра, была ясная морозная погода, 
t° воздуха была — 2°С., t° кипѣнія воды—86°,1С. Приблизительная высота перевала 
14200'. 
