КЪ ВОПРОСУ ОБЪ ИЗУЧЕНІИ ЖИЗНИ ЧЕРНАГО МОРЯ. 
7 
вастся и онкологическимъ. Но все же и Гризебахъ увлекался чисто Физіономическими при¬ 
знаками и совершенно пренебрегъ анатомическимъ строеніемъ. 
На послѣднее обратилъ свое вниманіе Рейтеръ въ 1885 г., а въ 189G г. появилась 
работа Варминга «Учебникъ экологической географіи растеній, введеніе въ познаніе ра¬ 
стительныхъ сообществъ», гдѣ жизненныя Формы объясняются ойкологическими причи¬ 
нами. Два года спустя вышла работа Шимпера, которая прямо озаглавлена «Географія 
растеній на Физіологической основѣ» (Pflanzen-Geographie auf physiologischer Grundlage- 
Jeua 1898). 
Ничего подобнаго въ зоологіи, никакой зоогеографіи на Физіологической основѣ, мы 
не имѣемъ и вѣроятно будемъ имѣть еще очень не скоро. 
Въ настоящее время еще только стали появляться отдѣльныя работы 1 ), дѣлающія 
попытку связать строеніе яшвотпаго съ обитаемой имъ средой (я говорю конечно о морѣ), 
и съ другой стороны рѣшить, какъ будетъ вліять на животное искусственное измѣненіе 
условій его обитанія. Поэтому вполнѣ попятпо, что Ортмаппъ, извѣстный авторъ первой и 
пока единственной зоогеографіи моря, вышедшей какъ разъ въ годъ появленія работы 
Вармипга въ своемъ отчетѣ объ успѣхахъ зоогеографіи въ «Geogr. Jahrb.» за 1908 г. могъ 
съ полнымъ правомъ сказать, что къ сожалѣнію ойкологія животныхъ въ противополож¬ 
ность ойкологіи растеній находится еще въ начальной стадіи своего развитія, хотя для эво¬ 
люціонной теоріи зоогеографія стала теперь тѣмъ необходимѣе, что совершенно самостоя¬ 
тельный вопросъ о «спеціаціи» т. е., о происхожденіи или раздѣленіи видовъ, можетъ быть 
разрѣшенъ только съ географо-ойкологической точки зрѣнія. 
Годъ спустя Эммануэль де Мартоннъ въ недавно вышедшемъ учебникѣ Физической 
географіи (10) категорически говоритъ, что географія растеній занимаетъ все болѣе и болѣе 
важное мѣсто въ географическихъ работахъ въ противоположность зоогеографіи, несмотря 
на важную роль животныхъ въ экономіи земной поверхности. «Нѣсколько краткихъ ука¬ 
заній на распредѣленіе нѣкоторыхъ видовъ животныхъ, вотъ все, что даютъ обыкновенно 
по его мнѣнію даже самыя полныя описанія извѣстныхъ районовъ». 
По Мартонну біологическая точка зрѣнія появляется въ зоогеографіи у Труессара— 
1890 г.. Вальтера—1893 г. и Ортманна—1896 г. Эти авторы, пишетъ онъ, признаютъ, 
что невозможно трактовать вмѣстѣ все животное царство, такъ какъ есть районы жизни, 
которые необходимо совершенно отдѣлить другъ отъ друга: какъ то прѣсная вода, моря, 
коптиненсты . . . ойкологическая точка зрѣнія обнаруяіивается по его мнѣнію въ нѣкото¬ 
рыхъ новыхъ зоологическихъ монографіяхъ. Понятіе о Фаціяхъ, введенное особенно въ 
біологію моря, приближается къ понятію о сообществахъ, которое оживило Фитогеографію; 
1) Какъ примѣръ такого рода работъ, можно ука¬ 
зать глубоко интересную статью В. Antony : «Influence 
de la fixation plenrothétique sur la morphologie des mol¬ 
lusques». Ann. Sc. Nat. 9 sérié т. I—1905. и работы 
B r and t’a, Ostwald’ a и др. надъ планктонными орга¬ 
низмами (см. 18 и др.). Мощное развитіе опытной эм¬ 
бріологіи іі отчасти даже экспериментальной зоологіи 
для непосреоственнаго изученія и объясненія жизни 
моря дало пока еще очень мало. 
