90 
Л. С. ЗЕРІІОВЪ. 
и не спускаются глубже 9 — 10 саж.; въ среднемъ, въ рейдѣ, онѣ доходятъ до 6 —7 саж. 
Онѣ опускаются тѣмъ меньше, чѣмъ болѣе мы будемъ приближаться къ устьямъ Черной 
рѣчки, идя съ востока на западъ. Онѣ лежатъ полосой параллельной берегу; глубже ихъ 
всегда и вездѣ илъ; выше ихъ или прибрежный и глубокій песокъ, или заросли зостеры; 
рыбаки называютъ ихъ «живой грядой»; названіе это совпадаетъ съ названіемъ «le fond vif», 
которое марсельскіе рыбаки даютъ области «gravièrs coralligènes» Маріона, расположенной 
въ тѣхъ же Физическихъ условіяхъ, какъ и наши устричныя гряды. 
Мы нашли у Прюво аналогичныя замѣчанія въ его изслѣдованіи Ліонскаго залива; 
онъ также наблюдалъ, что нѣкоторыя Формы живущія въ открытомъ морѣ, обычно сравни¬ 
тельно глубоко, въ длинныхъ рейдахъ и заливахъ встрѣчаются на сравнительно крайне мел¬ 
кихъ мѣстахъ. Еслибъ мы не видѣли всѣхъ переходовъ между ракушечникомъ у Черной 
рѣчки и ракушечникомъ у Херсонесскаго маяка и не наблюдали бы общей тенденціи въ 
расположеніи всего ракушечника, а имѣли бы лишь крайнія числа 5 иЗбсаяц то, пожалуй, 
были бы поставлены въ затрудненіе понять, какимъ образомъ одни и тѣ же организмы по¬ 
пали въ столь разныя глубины. 
Способъ распредѣленія песка и ракушечника у Севастополя можетъ служить пре¬ 
краснымъ примѣромъ къ выводамъ Миггау’я; Murray говоритъ (Вальтеръ, стр. 864): 
механическія отложенія ( Terrigenous dejposits ) представляютъ собою продукты денудаціи 
суши и продукты абразіи (размыва) морского дна. Гравій, песокъ и илъ распредѣляются та¬ 
кимъ образомъ, что по мѣрѣ удаленія отъ берега и увеличенія глубины воды отлагаются 
все болѣе мелкія частицы. Въ замкнутыхъ озерахъ и спокойныхъ бухтахъ песчаныя при¬ 
брежныя отложенія становятся илистыми уже на глубинѣ нѣсколькихъ метровъ, а у откры¬ 
тыхъ береговъ континентовъ иловая область начинается только со ста восьмидесяти мет¬ 
ровъ и затѣмъ постепенно переходитъ въ глубинныя отложенія глея. У устьевъ большихъ 
рѣкъ и вблизи полярнаго круга механическія отмщенія отходятъ отъ береговъ гораздо 
дальше, чѣмъ у побережья районовъ, лишенныхъ стоковъ. 
Намъ каяштся, что къ этому положенію о томъ, что по мѣрѣ увеличенія глубины осадки 
становятся все мельче, нужно внести одну поправку: не только въ Черномъ морѣ, но и въ 
другихъ мѣстахъ очень часто нрибреяшый песокъ не прямо переходитъ въ болѣе глубоко ле¬ 
жащій ядъ, а на границѣ между ними располагается еще полоса ракушечника или устричника. 
О причинахъ, почему именно устричникъ располагается въ такой именно области, мы 
говорили выше. 
Наличность большихъ площадей ракушечника около Дуная, въ Керченскомъ проливѣ, 
и около Тендры (табл. 8) мы склонны объяснять господствомъ въ этихъ мѣстахъ теченій, 
которыя проносятъ мелкія частицы надъ этими районами дальше въ море, и въ то же время 
отсутствіемъ такихъ волнъ и скалъ, благодаря которымъ раковины могли бы разбиваться. 
Распредѣленіе устричника у Севастополя въ очень многихъ отношеніяхъ напоминаетъ 
намъ распредѣленіе устричниковъ въ Нѣмецкомъ морѣ у береговъ Шлезвигъ — Голштиніи, 
но берегамъ Ламапша и въ Атлантическомъ океанѣ, у береговъ Франціи. 
