КЪ ВОПРОСУ ОБЪ ИЗУЧЕНІИ ЖИЗНИ ЧЕРНАГО МОРЯ. 
163 
находящіеся въ акваріумѣ уже 10-й годъ. Вдоль южнаго берега Крыма, по нашимъ наблю¬ 
деніямъ, бѣлуга питается пикшей, султанками и сѣрыми креветками. По даннымъ М. I. Ти¬ 
хаго, работавшаго у насъ на станціи надъ пищей севастопольскихъ бѣлугъ, онѣ питаются 
главнымъ образомъ тѣми же креветками и пикшей, но султанка была найдена только одинъ 
разъ. Вмѣсто султанокъ оказались кефали, камбаловыя, паламида и моллюски, Modiola 
phaseolina. Сопоставляя нахожденіе въ желудкѣ бѣлугъ большого количества Grangon и 
Modiola phaseolina, мы должны признать, что зимой бѣлуга находится въ области біоцено¬ 
зовъ индіеваго или Фазеолиноваго иловъ, т. е. во всякомъ случаѣ не выше 25—30 саж. 
На жабрахъ бѣлугъ обычны Vichelestium. 
Acipenser güldenstädti Br. 
Какъ мелкіе, такъ и крупные осетры встрѣчаются у Севастополя очень рѣдко, что 
вполнѣ согласуется съ тѣмъ, что зиму они проводятъ главнымъ образомъ у Тарханкута и 
на сѣверъ отъ него въ области мидіеваго ила на глубинахъ около 17 — 18 саж.; особенно 
много собирается ихъ въ ятовяхъ у самаго Тарханкута, и на сѣверѣ отъ него, гдѣ на 
нашей картѣ (таб. 8) показаны большія отложенія мертвой зостеры. Во время нашей экс¬ 
курсіи на «Ѳедѣ» капитанъ, г. Деревянченко, спеціально показывалъ намъ эти остатки, 
называя ихъ «осетровой травой». Это зимнее мѣстопребываніе осетровъ было открыто ры¬ 
баками около 1897 года и впервые оппсано нами во второмъ отчетѣ по рыболовству. Затѣмъ 
эти районы были детально изучены траулерами во время ихъ недолгаго процвѣтанія до 
запрета на Черномъ морѣ (1911 г.). Когда я былъ на «Ѳедѣ», мы за одинъ, едва ли не 
21 * 
