268 
С. А. ЗЕРНОВЪ. 
Круглая, заняты всѣ сплошь пескомъ; болѣе же защищенныя, узкія и длинныя, какъ 
главный рейдъ, Стрѣлецкая п другія, сами заполнены иломъ, но при входѣ имѣютъ песчаную 
перемычку (см. карту); эти перемычки являются конечно результатомъ переноса песка 
вдоль берега, результатомъ того же процесса, который въ концѣ копцовъ приводитъ къ 
образованію косъ, отгораживающихъ отъ моря, напримѣръ, соленыя озера. 
Рюль указываетъ, что мнѣнія спеціалистовъ относительно того, что играетъ наиболѣе 
существенную роль въ вопросѣ о переносѣ матеріаловъ вдоль берега: вѣтры или теченія,— 
расходятся. Wenle, Krümmel и многіе другіе указываютъ, что матеріалъ передвигается 
всегда по направленію господствующихъ вѣтровъ. Напротивъ Richthofeu, Penck, Fischer 
и другіе считаютъ вполнѣ справедливымъ, что и теченія играютъ въ этомъ дѣлѣ свою роль. 
Самъ Рюль принимаетъ, что болѣе грубый матеріалъ переносятъ волны, болѣе же мелкія 
массы песка и глинистыя частицы нодвержеиы дѣйствію и переносу теченіями. Рѣшеніе 
вопроса копечно затрудняется еіце наличіемъ извѣстной причинной связи между вѣтромъ и 
теченіями (Крюммель, Шоттъ). 
Всѣ эти вопросы однако касаются главнымъ образомъ вопроса о происхожденіи песка 
и его минералогическаго состава. Для населяющаго же песокъ біоценоза происхожденіе 
песка неважно; оио, какъ мы могли замѣтить, сказывается только па окраскѣ животныхъ 
(стр. 79); для біоценозовъ гораздо важнѣе вопросъ о томъ, насколько глубоко этотъ песокъ 
можетъ отлагаться? Въ этомъ дѣлѣ, при слабомъ развитіи въ Черномъ морѣ теченій, роль 
вѣтра и волнъ, является, какъ мы думаемъ, рѣшительной. Въ главѣ второй и третьей, па 
стр. 49, 50, 89, 101, мы привели длинный рядъ доказательствъ въ пользу этого мнѣнія. 
Мы показали, насколько правильно, положительно но всѣмъ бухтамъ, обнаруживается та 
закономѣрность, что песокъ и ракушечникъ всегда опускаются глубже у тѣхъ береговъ, 
которые йодъ вліяніемъ господствующихъ вѣтровъ разрушаются сильнѣе и какъ обратно, 
біоценозъ зостсры развивается наиболѣе успѣшно въ противоположныхъ условіяхъ. 
Мы показали, какъ подъ вліяніемъ тѣхъ же причинъ, всѣ біоценозы въ открытомъ 
морѣ опускаются глубже и какъ они, по мѣрѣ приближенія или захода въ бухты и заливы 
поднимаются наверхъ, причемъ разница въ абсолютныхъ величинахъ глубинныхъ границъ 
можетъ достигать десятковъ сажень для одного и того же біоценоза. 
Съ метеорологической точки зрѣнія бури на Черномъ морѣ были разработаны Срез- 
певскимъ въ 1889 году (113—1), а розы вѣтровъ, по многолѣтнимъ даннымъ, разра¬ 
ботаны и приведены въ послѣднемъ изданіи лоціи Чернаго моря (79 — 1), откуда мы и взяли 
данныя, приведенныя въ главѣ 3. 
Мы сообщимъ здѣсь еще дневникъ нашей экскурсіи 4 Февраля 1911 года, которая была 
сдѣлана съ спеціальной цѣлью посмотрѣть результаты исключительныхъ бурь и холодовъ, 
которыя господствовали въ январѣ мѣсяцѣ 1911 г. 
«Весь городъ и его окрестности покрыты снѣгомъ; на сваяхъ и скалахъ, торчащихъ 
изъ воды, образовались ледяные навѣсы или карпизы, въ видѣ грибовъ пли юбокъ на У 4 ар. 
надъ водой и до 2 четвертей и болѣе шириною. 
% 
