КЪ ВОПРОСУ ОБЪ ИЗУЧЕНІИ ЖИЗНИ ЧЕРНАГО МОРЯ. 
275 
Однако массовый подходъ зимнихъ рыбъ происходитъ только съ октября, поэтому за 
конецъ лѣта намъ удобнѣе будетъ признать середину сентября, когда температура моря въ 
среднемъ спускается до 10°—17° С. 
Осень». 
Съ середины сентября и приблизительно до середипы ноября температура моря у Се¬ 
вастополя обычно спускается съ 16°—17° С. до 9°—7° С. 
Этотъ періодъ характеризуется у насъ массовымъ появленіемъ рыбъ, частью прохо¬ 
дящихъ далѣе на югъ на зимовку, частью, какъ кефали и бѣлуга, приходящихъ къ намъ уже 
на всю осень и зиму. Необходимо замѣтить, что многія явленія, начавшіяся осенью продол¬ 
жаются у насъ и всю зиму, что ясно видно по таблицѣ 10. 
Такимъ образомъ, говоря вообще, въ жизни поверхностныхъ слоевъ Чернаго моря у 
Севастополя мы можемъ признать почти тѣже смѣны временъ года, которые Лоренцъ ука¬ 
залъ для залива Кварнеро; именно, по старому стилю, зиму: съ середины ноября до сере¬ 
дины марта, весну: съ середины марта до начала мая, лѣто: съ мая до средины сентября и 
осень: съ середины сентября до середины ноября. Какъ па сѣверѣ Адріатики, такъ и у насъ 
типичнымъ является кратковременность переходныхъ временъ года: весны и осени, на что, 
въ приложеніи къ черноморскому планктону мы указали еще въ своей работѣ 1904 г. (60). 
Разница однако состоитъ въ томъ, что минимальной, пограничной температурой для 
весны и осени по Лоренцу для Адріатики будетъ температура 10° С. и выше, у насъ же 
нѣсколько болѣе низкая именно около 8°—10° С, — согласно чему и проведена нами на 
таблицѣ 9-ой бѣлая пограничная полоса (на 8°—9° С) на черномъ полѣ годового хода тем¬ 
пературы. 
Какъ мы уже не разъ говорили, съ этой температурой намъ усиленно приходится бо¬ 
роться въ акваріумахъ зимою; устройство нагрѣванія большого количества морской воды 
обходится очень дорого и мы до сихъ поръ не можемъ его устроить, хотя, конечно, при на¬ 
личіи достаточныхъ средствъ можно было бы вполнѣ умѣстно бороться съ этимъ неблаго¬ 
пріятнымъ вліяніемъ зимнихъ холодовъ. 
Къ сожалѣнію, гораздо проще и легче человѣкъ губитъ живую природу и мы не мо¬ 
жемъ не коснуться здѣсь его печальнаго вліянія на измѣненіе біоценозовъ. 
Конечно, человѣкъ если и поработилъ, то только самое побережье моря, вблизи горо¬ 
довъ и многіе заливы, которые имъ превращены въ гавани и порты; остальная площадь 
моря пока свободна. 
Геологи говорятъ (4—4 в. стр. 217), что «человѣкъ отъ всѣхъ остальныхъ созданій 
отличается тѣмъ, что уничтожаетъ и истребляетъ систематически; никакому другому изъ 
всѣхъ живыхъ существъ эта способность не приписывается еще такъ опредѣленно». 
35* 
