8 
А. ШЕНРОЕЪ. 
сяца предѣльная величина средней еще не вполнѣ установлена. Мы приводимъ здѣсь такія 
кривыя, для тѣхъ же 8 станцій о которыхъ только что шла рѣчь. 
Первое, что обращаетъ на себя вниманіе, это правильность кривыхъ отрицательныхъ 
аномалій (правыя кривыя на таблицѣ). Болѣе значительная неправильность замѣчается въ 
январѣ на кривыхъ для Петербурга и Архангельска. Въ первомъ, для приданія правильной 
Формы кривой, пришлось бы январскую крайнюю среднюю измѣнить (см. пунктирную кри¬ 
вую) приблизительно на 4°, а не на 6°, какъ мы нашли выше, для Архангельска же на 3?5, 
т. е. приблизительно на ту жё величину, что мы получили выше. Кромѣ того замѣчается 
нѣкоторая небольшая неправильность въ Февралѣ въ Астрахани и въ осенніе мѣсяцы въ 
Петербургѣ. 
Менѣе правильны кривыя наибольшихъ среднихъ температуръ. На большинствѣ стан¬ 
цій, судя по нимъ, можно въ будущемъ ожидать еще довольно большого увеличенія лѣтней 
аномаліи. 
Далѣе, какъ показываетъ пунктирное исправленіе кривыхъ наивысшихъ температуръ, 
можно предположить, что еще недостигли предѣла наибольшія среднія за Февраль въ Пе¬ 
тербургѣ и Москвѣ, въ концѣ года въ Петербургѣ и Екатеринбургѣ и для большинства 
мѣсяцевъ въ Архангельскѣ. 
Конечно, всѣ эти разсужденія представляютъ болѣе или менѣе вѣроятныя догадки, и 
хотя трудно ожидать значительныхъ подъемовъ лѣвыхъ или пониженій правыхъ кривыхъ, 
по все же рѣзкія измѣненія значеній крайнихъ среднихъ мѣсячныхъ температуръ всегда 
возмояшы, какъ, напримѣръ, показалъ май 1897 года, оказавшійся въ сѣверной половинѣ 
страны на столько теплымъ, что онъ оставилъ далеко за собой всѣ прежнія положительныя 
майскія аномаліи, даже если принять въ разсчетъ весь рядъ наблюденій. Въ Петербургѣ, 
Архангельскѣ, Улеаборгѣ, Куопіо, Гельсингфорсѣ, Петрозаводскѣ, Москвѣ и Сердоболѣ за 
все время наблюденій ни разу не было такого теплаго мая. 1897 годъ измѣнилъ наивысшую 
до тѣхъ поръ съ 1870 г. майскую среднюю въ Улеаборгѣ на 3?5, въ Петербургѣ на 3?6, 
въ Петрозаводскѣ на 3?7, въ Кеми на 4?6, въ Архангельскѣ на 5?7. Годовая кривая пока¬ 
зывала до тѣхъ поръ небольшую впадину около мая; въ 1897 же году образовался въ маѣ 
выступъ, вслѣдствіе котораго теперь оказывается сравнительно низкимъ іюнь мѣсяцъ (см. 
выше приведенныя кривыя), такъ что въ будущемъ, по аналогіи, можно ожидать такого же 
скачка въ іюнѣ. Но мы не будемъ далѣе останавливаться на маѣ 1897 г., такъ какъ объ немъ 
было уже подробно говорено въ соотвѣтственномъ ежемѣсячномъ бюллетенѣ; здѣсь же ука¬ 
жемъ лишь на возможность такихъ значительныхъ аномалій, отъ которыхъ мы, конечно, не 
гарантированы въ будущемъ и относительно другихъ мѣсяцевъ, хотя онѣ и являются весьма 
мало вѣроятными. Яркимъ примѣромъ этому можетъ служить тотъ же май мѣсяцъ, но за 
1906 г., когда необычайно высокая средняя 1897 года въ Прибалтійскихъ станціяхъ снова 
подверглась чувствительному измѣненію, мѣстами на 1°. 
Кривыя годового хода наибольшихъ мѣсячныхъ среднихъ, представляя въ общемъ 
сходство съ кривыми наименьшихъ среднихъ, отличаются, однако, отъ нихъ существенно 
