Съ тѣхъ поръ, какъ въ 1859 году появилось знаменитое сочиненіе Дарвина: «О про¬ 
исхожденіи видовъ», многіе ученые стали внимательно изслѣдовать распространеніе разно¬ 
видностей и варьяцій для того, чтобы прослѣдить по нимъ процессъ Формированія новыхъ 
видовъ въ природѣ. Эти изслѣдованія обогатили науку большимъ количествомъ Фактовъ, 
освѣтили многія загадочныя и мало изученныя явленія, но относительно своей главной цѣли 
далеко не дали ожидаемыхъ результатовъ. Нѣкоторые авторы не скрывали своего разоча¬ 
рованія (W. О. Focke), другіе же хотя и находили въ наблюдаемыхъ ими явленіяхъ соот¬ 
вѣтствіе съ теоріей, но добытые ими Факты не были особенно убѣдительны. Замѣчательно, 
что не смотря на большое число даровитыхъ горячихъ приверженцевъ ученія Дарвина, 
Фактическая сторона собственно дарвинизма (или трансмутаціи), т. е. теоріи происхожденія 
видовъ путемъ подбора и накопленія индивидуальныхъ признаковъ, осталась до сихъ поръ 
почти въ томъ же состояніи, какъ она была разработана самимъ авторомъ. А огромная 
дарвинистическая литература, возникшая за послѣднія десятилѣтія, состоитъ главнымъ 
образомъ изъ теоретическихъ разсужденій, среди которыхъ положительно тонутъ отдѣль¬ 
ные разрозненные Факты, приводимые въ качествѣ примѣровъ. 
Съ самаго начала моихъ научныхъ занятій я точно также съ особеннымъ интересомъ 
изслѣдовалъ всякія отклоненія, отыскивалъ переходныя Формы и вообще стремился изучить 
слѣды постепеннаго развитія видовъ. Эта задача была всегда главной, затаенной цѣлью 
всѣхъ моихъ экскурсій и путешествій въ Россіи и Сибири. Однако, чѣмъ болѣе я изслѣдо¬ 
валъ, тѣмъ глубже испытывалъ разочарованіе. Факты рѣшительно не находились въ соот¬ 
вѣтствіи съ теоріей. Всѣ явленія, которыя мнѣ удалось изучить, говорили за то, что виды 
измѣнчивы; но какъ происходитъ ихъ измѣненіе и происхожденіе новыхъ Формъ, оставалось 
для меня попрежнему загадкой. Въ концѣ концовъ приходилось сознаться, что въ этой 
Сферѣ теорія Дарвина не освѣтила намъ явленій, которыя остались столь яш темными и не¬ 
ясными, какъ были преяеде. Невольно являлось сомнѣніе, справедливо ли то объясненіе, 
которое даетъ Дарвинъ процессу эволюціи; эта теорія трансмутаціи, столь остроумная и 
заманчивая, согласна ли она на самомъ дѣлѣ съ дѣйствительностью? 
Убѣдившись, что одними наблюденіями надъ дикорастущими Формами нельзя разрѣ¬ 
шить возникающихъ сомнѣній, я обратился къ изученію происхожденія новыхъ Формъ въ 
садоводствѣ. Какъ извѣстно, вопросъ объ измѣнчивости животныхъ и растеній въ культурѣ, 
1 
Записки Физ.-Мат. Отд. 
