2 
э. то л ль, 
приносившею ему отличные доходы, узналъ отъ якута Этерикана 1 ) объ островѣ, лежа¬ 
щемъ на сѣверъ отъ Святаго Носа и еще болѣе богатомъ мамонтовой костью. Въ 1770 г, 
Ляховъ отправился туда по льду на собачьихъ нартахъ и объѣхалъ два ближніе острова, 
которые впослѣдствіе и получили въ его честь названіе Большой и Малый Ляховскіе. Такое 
названіе однако не справедливо, такъ какъ послѣ инородцевъ якутскій козакъ Вагинъ въ 
1712 году уже открылъ Большой Ляховскій островъ. Но Ляхова можно считать откры¬ 
вателей«, третьяго, самаго большого острова этой группы. Въ 1773 году Ляховъ отпра¬ 
вился на лодкѣ на острова и достигъ на ней третьяго острова, названнаго имъ Котельнымъ 
но поводу забытаго здѣсь мѣднаго котла. Ляховъ довелъ до правительства свѣдѣнія о 
своихъ открытіяхъ и ходатайствовалъ о полученіи исключительнаго права промышлять 
мамонтовую кость и песцовъ какъ на сихъ островахъ, такъ и на тѣхъ, которые онъ 
впредь откроетъ. Ляхову удалось дѣйствительно выхлопотать себѣ такое право, но онъ не 
успѣлъ воспользоваться этой привилегіей, такъ какъ вскорѣ послѣ полученія ея умеръ. 
Вслѣдствіе донесенія Ляхова, правительство въ 1777 г. поручило землемѣру Хвойнову 
описаніе острововъ. Хвойновъ же снялъ первую карту Ляховскихъ острововъ, на которой 
о. Котельный представленъ одной только береговой линіей по описанію Ляхова. 
Послѣ смерти Ляхова его монополія перешла къ купцу Сыроватскому, который въ 
1805 г. отправилъ мѣщанина Якова Санникова на острова за промысломъ мамонтовой 
кости и для открытія новыхъ острововъ. 
Санниковымъ и его партіей промышленниковъ, дѣйствительно, открыто во время 
многихъ его поѣздокъ отъ 1805 г. по 1808 г. острова: Столбовой , Ѳадеевскій и Новая 
Сибирь, а купцомъ Бѣльковымъ открытъ въ 1808 г. о. Бѣльковскій. 
Между тѣмъ извѣстіе объ открытіи этихъ острововъ дошло до канцлера графа 
Н. П. Румянцова, по иниціативѣ котораго посланъ былъ Иркутскимъ Губернаторомъ 
служащій въ Сибири чиновникъ М. Геденштромъ 2 ), вмѣстѣ съ землемѣромъ Кожеви- 
нымъ на эти острова, и съ порученіемъ обозрѣть ихъ со всею подробностью. Геден¬ 
штромъ, хотя не ученый, оставилъ намъ въ своихъ замѣткахъ, напечатанныхъ въ «Сибир¬ 
скомъ Вѣстникѣ», и въ его «отрывкахъ о Сибири» первые цѣнные матеріалы для познанія 
природы Новосибирскихъ острововъ. Но надо замѣтить, что ему посчастливилось имѣть при 
себѣ такого сотрудника, какъ опытный и весьма способный къ наблюденіямъ промышлен¬ 
никъ Санниковъ. Послѣдній же далъ Геденштрому матеріалы для описанія острова Ко¬ 
тельнаго, гдѣ онъ пережилъ впервые цѣлое лѣто. Во время такой «лѣтовки» Санниковъ 
видѣлъ па сѣверѣ отъ о-ва Котельнаго контуры суши, куда однако ему добраться не уда- 
1) Разсказы Этерикана, быть можетъ, побудили 
Шалаурова предпринять свое плаванье изъ Лены до 
Чаунской губы въ 1760—61 г. Шалауровъ замѣтилъ 
на N отъ Святаго Носа Б. Ляховскій островъ, именно 
западную его оконечность съ горой Кихиляхъ, и при¬ 
нялъ, вѣроятно, восточную оконечность острова съ го¬ 
рой Титка за отдѣльный островъ, такъ называемый 
островъ Діомидъ, который въ дѣйствительности ни¬ 
когда не существовалъ. 
2) М. Геденштромъ, отецъ котораго былъ швед¬ 
скаго происхожденія, родился, вѣроятно, въ городѣ 
Ригѣ, въ Лифляндіи. См. Fr. Schmidt, Einige Bemer¬ 
kungen zu Prof. А. E. Nordenskjölds Reisewerk etc. 
Beiträge zur Kenutniss. d. Russ. Reiches. II Folge. Band 
YI. 1883, p. 359. 
