Новыя ДАННЫЯ ОБЪ ИННЕРВАЦІИ КОЖИ ЧЕЛОВѢКА. 
25 
дифференцировала бы ихъ отъ прочихъ клѣточныхъ образованій нашего организма, и только 
этимъ объясняется ихъ странная судьба. 
Remak (168), установивъ въ 1838 г. ихъ существованіе вообще, вполнѣ правильно 
указываетъ на присутствіе ихъ менаду прочимъ и въ кожѣ человѣка и животныхъ; онъ при¬ 
писывает!) имъ связь съ симпатическими и межпозвоночными узлами. Какъ извѣстно, суще¬ 
ствованіе этой системы нервовъ въ тѣлѣ животныхъ встрѣтило много возраженій, и такіе 
солидные ученые, какъ наир. Valentin (218, 219) считали ихъ ничѣмъ инымъ, какъ соеди- 
нительно-тканными клѣточками. Характерно для судьбы ремаковскихъ нервовъ вообще, 
какъ увидимъ ниже, что это мнѣніе было нѣкоторое время господствующимъ. 
По методамъ І-го періода первыя изслѣдованія этихъ нервовъ были произведены 
КоШкег’омъ, описавшимъ ихъ въ кожѣ мыши и хвоста головастика лягушки (въ 1846 г.) 
(95); Axmann подтвердилъ это для взрослой лягушки и Hessling для землеройки; Arnold — 
для конъюнктивы глаза человѣка, быка, теленка, свиньи. Основываясь на ихъ работахъ 
Biesiadecki (20) въ Stricker’s Lehre von den Geweben (1871 г.) даетъ уже, какъ мы увидимъ 
ниже, вполнѣ правильныя указанія относительно этой системы нервовъ кожи: «Bis vor nicht 
langer Zeit kannte man in der Haut bloss markhaltige Nervenfasern mit ihren besonderen 
Endigungen, den Pacini’schen und Meissner’schen Körperchen. Die neueren Untersuchungen 
haben ausser den schon bekannten Nerven noch ein reiches, markloses Nervengeflecht mit 
freien Endigungen zwischen den Zellen der Schleimschichte nachgewiesen. Die subcutanen 
Nervenstämme Zerfallen an der unteren Coriumfläche in mehrere die grösseren Blutgefässe 
begleitende Aeste, welche aus markhaltigen und marklosen Nervenfasern bestehen» (стр. 592). 
«Die marklosen Nervenfasern bilden längs des Gefässnetzes der pars reticularis corii 
ein Nervengeflecht, welches aus einzelnen dickeren, als auch sehr feinen, glatten und vari¬ 
kösen Nerven-Fäden bestellt, längst welcher zahlreiche Kerne verlaufen. Von diesem Geflechte 
erheben sich einzelne Nervenfasern gegen die Schleim-Schichte, verlaufen manchmal eine 
Strecke weit unterhalb derselben und treten nach einer raschen Umbiegung in die Schleim¬ 
schichte hinein» (стр. 595). 
Однако тогдашніе методы не давали настолько хорошей дифференцировки нервовъ, 
чтобы было возможно укрѣпиться этому правильному взгляду: эти же нервы видѣлъ Schöbl 
(181, 1871 г.), находившій ихъ въ перепонкѣ крыльевъ летучей мыши (онъ мацерировалъ 
ихъ въ смѣси равныхъ частей древеснаго уксуса, воды и глицерина). 
Schöbl высказалъ взглядъ, по которому они происходятъ отъ тѣхъ же нервныхъ 
волоконъ, что и міэлиновые, но тогда какъ послѣдніе оканчиваются въ различныхъ «тѣльцахъ», 
эпителій между ними снабжается ремаковскими нервами. 
Между тѣмъ около 1870 года стали появляться работы, произведенныя по методу 
Cohnheim’ а; Лавдовскій (117,118)и почти одновременно Klein (92 въ 1870 г.) описываютъ 
въ хвостѣ головастиковъ лягушки истинную сѣть ядра содержащихъ безмякотныхъ нервныхъ 
волоконъ, съ включенными по мѣстамъ гангліозными клѣтками (впрочемъ Лавдовскій сомнѣ¬ 
вается въ гангліозномъ характерѣ ихъ); оканчивается она тончайшими развѣтвленіями въ 
4 
Зап. Фаз.-Мат. Отд. 
\ 
