5 
9-го мая изъ сел. Рагули переѣхалъ въ Трухменскую 
Лѣтнюю Ставку. По дорогѣ попалась прекрасная ковыльная 
степь, которую я потомъ сфотографировалъ. 
Типичнѣйшіе обитатели этой степи: большіе степные 
жаворонки (Мѳіапосогурііа саіапйга, Ь.), стрепета (ОіІ8 Іеігах, 
Б.) и большой земляной заяцъ (Аіасіа^а заііепз, Сшеі.), 
слѣды котораго въ видѣ луночекъ, вырытыхъ для добыванія 
луковицъ тюльпановъ, и норы виднѣлись повсюду. 
Въ Лѣтней Ставкѣ я оставался до 12-го мая, экскурси- 
руя по окрестностямъ, но при этомъ изъ высшихъ животныхъ 
пріобрѣлъ очень мало, вслѣдствіе инертности трухменцевъ, 
нежелавшихъ ничѣмъ мнѣ помочь. Въ саду Ставки масса 
мелкихъ птицъ: чернолобый сорокопутъ и жуланъ (Ъапіиз 
тіпог, Ст., и Ъ. соііигіо, Ь.), горихвостки (Киіісіііа рйоепі- 
с иг из, В.), разныя славки (8у1ѵіа), мухоловки (Мизсісара) и 
проч. Изслѣдовать ихъ точнѣе я не могъ, ибо не хотѣлъ 
стрѣлять и нарушать покой этого мирнаго уголка. 
12-го я выѣхалъ изъ Лѣтей Ставки и ночевалъ въ аулѣ 
Башанта, а 13-го проѣхалъ отсюда до сел. Лѣвокумскаго. 
Всю первую половину этого пути пришлось сдѣлать подъ 
проливнымъ дождемъ. 
Степь на всемъ этомъ протяженіи представляетъ самый 
жалкій видъ и имѣетъ мало интереса для зоолога. 
Нетронутой степи съ ковылемъ попадалось очень мало, 
по большей же части она была распахана, а мѣстами по¬ 
крыта высокими сухими бурьянами. Около аула Башанта 
наблюдалъ гнѣздящуюся въ земляной норѣ каменку — плясунью 
(8ахісо1а ізаЪеИіпа, Вйрр.), что уже хорошо опредѣляетъ эту 
степь, такъ какъ это характерная птица пустынныхъ, без¬ 
плодныхъ мѣстностей. Мѣстами попадались небольшія кучки 
земли нарытыя очевидно слѣпушонками (ЕПоЬіиз Іаіріпиз, 
Раіі.). Травы въ этомъ году по общему отзыву здѣшнихъ 
жителей вовсе не уродились. По тѣмъ же свѣденіямъ въ этомъ 
