мое главное—они даютъ намъ понятіе о томъ, на сколько 
измѣнились эти животныя въ теченіе опредѣленнаго 
періода времени. 
Три тысячи лѣтъ - громадный промежутокъ времени 
для развитія человѣческой культуры; ничтожный мигъ— 
для геологической исторіи земной коры. 
Принимая во вниманіе этотъ ничтожный, въ геологическомъ 
смыслѣ, промежутокъ времени, отдѣляющій фауну гокчинскаго мо¬ 
гильника отъ современной, можно было теоретически ожидать пол¬ 
наго тожества ея представителей съ тѣми же видами современной. 
Оказалось совсѣмъ не то. Фауна была нѣсколько иная и мы 
встрѣчаемъ въ гокчинскомъ могильникѣ лѣсную куницу, 
животное требующее для своей жизни большихъ, высокостволь¬ 
ныхъ лѣсовъ. 
Еще бблыпею неожиданностью явилось то обстоятельство, 
что за этотъ промежутокъ времени закавказскіе звѣри успѣли силь¬ 
но измѣниться и, въ частности, измельчать. Звѣри изъ гокчинскаго 
могильника не отличаются большимъ ростомъ, чѣмъ современные, 
но у послѣднихъ мы никогда не находимъ такой плотности и мас¬ 
сивности, которыя присущи ископаемымъ черепамъ барсука и ку¬ 
ницы. 
Въ виду чрезвычайной важности этого вопроса, я постарался 
выяснить различіе между ископаемыми и современными формами 
возможно подробнѣе. 
Какъ видно изъ нижеслѣдующаго описанія всѣхъ трехъ до¬ 
ставленныхъ въ Кавказскій Музей череповъ, различія между со¬ 
временными и ископаемыми представителями тѣхъ же видовъ ока¬ 
зались вполнѣ достаточными для отдѣленія послѣднихъ въ особые 
виды. 
Если принять во вниманіе, что эти отличія произошли въ та¬ 
кой, повторяю, геологически ничтожный промежутокъ времени, какъ 
три тысячи лѣтъ, то нельзя не согласиться съ тѣмъ, что измѣне¬ 
ніе видовъ шло очевидно гораздо быстрѣе, чѣмъ это обыкновенно 
думаютъ. 
Насколько мнѣ извѣстно, совершенно не имѣется описаній 
такихъ полуископаемыхъ остатковъ изъ близкихъ къ Кавказу мѣстъ. 
Ближайшими къ нашему времени являются фауна Пикерми близь 
Аѳинъ, въ Греціи, и фауна окрестностей города Марата, въ Адер- 
